— Хорошо, — спорить со мной Шемзум по этому поводу явно не будет, так как совсем не против уничтожения боевой силы Коллегии Малеатор среди восходителей. — Но нам также может потребоваться твоя помощь при штурме административного центра.

— Я постараюсь помочь, но София из Вивисекторов должна выжить. Для меня это самое важное.

— Я понимаю, — кивает мехалит. — Если ты пленишь её, мы сможем помочь с её содержанием. Есть особые оковы, которые трудно будет разорвать восходителю. Но главное — лишить её «инструмента».

Вспоминаю её иглы, похожие на вязальные. София со своей магией крови является опасным противником, но не думаю, что Инуат уступит её спицам.

— Хорошо, тогда давай выдвигаться. Остаток вопросов можем обсудить во время подъема. Да и как вы вообще собираетесь подниматься вместе с боевыми машинами? Есть грузовые лифты?

— Конечно, есть. Их давно не использовали, но мы их постепенно ремонтировали ради этого дня. Тебе об этом беспокоиться не нужно. Тогда начнем переход.

У Фракции Глубин, очевидно, нет способностей Ядракрадов по искажению пространства, поэтому можно ожидать, что Слышащий нас точно опередит, чтобы воспользоваться хаосом в Кузнеграде и принести в жертву ядра нынешней правящей элиты и получить возможность покинуть Кузнеград и Башню Испытаний. У тех, кто не является восходителем, похоже, намного больше свободы в этом плане. Например, я до сих пор не представляю, куда отправился Саладин со своим народом из Фар-Дарлука, ведь на третьем и четвертом этаже они вряд ли появлялись.

Мехалиты не используют никаких собраний и зажигательных речей, словно объединены в единую коммуникационную сеть, поэтому даже общаться голосом не требуется. Все знают свои обязанности и место в построении, поэтому ровными рядами покидают базу, ставшую им домом.

Металлические подошвы стучат по полу, а шум двигателей боевых машин наполняет мрачное подземелье. Сейчас боевую технику можно рассмотреть куда лучше. Некоторые буквально плывут над полом на высоте тридцати сантиметров, будто мехалиты изобрели антиграв. А потом проезжает более потрепанная техника на гусеничном ходу. Мне остается лишь удивленно посмотреть на огромного количество стволов на рычащей махине, что катится вслед пешим войскам. Не удивлюсь, если это продукт кустарного производства боевых машин.

Когда все машины проехали, я замыкаю шествие вместе с Шемзумом, аура которого излучает волнение. Да уж, он ведь больше не полностью мехалит, поэтому вполне может испытывать яркие эмоции. Но при этом движется уверенными шагами. Что и говорить, я и сам не могу оставаться равнодушным перед грядущими событиями. Неизвестность волнует, а адреналин будоражит кровь.