— Телефон убираем, Боря.

— Я только время посмотреть. А чё, нельзя-то?

— А то, Боря, что, пока ты залипаешь в телефоне, ты пропустишь момент насыщения и будешь есть дальше. А у тебя и так уже жопа настолько развелась, что скоро два стула будешь под неё ставить.

Боря вздохнул, убрал телефон в карман и сделал вид, что это его личное взрослое решение. Остальные пацаны, чуть поколебавшись, но всё же тоже начали убирать свои мобильники. Ренат молча положил телефон экраном вниз, потом всё-таки сунул его в карман. Даня повздыхал и убрал телефон последним, с таким лицом, будто после этого должен был наступить конец света.

Была проблема — одного общего стола здесь не было. Поэтому я, недолго думая, начал сдвигать соседние столы плотнее друг к другу, делая один общий длинный стол, по типу того, как проходили большие застолья в советское время.

Ребята уселись за длинным столом неровно, с зазорами, с выработанной привычкой занять отдельную территорию. Вроде как все сидели за общим столом, а одновременно каждый сам по себе. Недолго думая, я прошёл вдоль лавки и начал сдвигать их плотнее.

— Давайте, пацаны, не стесняемся, присаживаемся поближе друг к другу, — говорил я.

Мои пацаны расселись, а после с не самыми довольными лицами пошли к раздаче — кушать кашу и сырники вместо сока и булок.

Я же перевёл взгляд на остальных пацанов, которые делали вид, что просто завтракают.

— Чего расселись? Вам особое предложение нужно? Давайте, встаём, столы сдвигаем и нормально рассаживаемся!

Столовая ожила сразу же. Стоило мне нарушить привычный порядок одиночных посадок, как у местной «аристократии» проснулась гражданская позиция. Первыми возмутились красные из команд Леона и Глеба, плюс несколько синих, которые утром к нам присматривались, но держались Феди.

Один из леоновских раздражённо отодвинул стул от себя.

— Я за этим столом есть не буду. Этот вон чавкает.

Он кивнул на Борю. Боря тут же покраснел и начал жевать так осторожно, словно во рту у него вместо каши была взрывчатка с часовым механизмом. Красные хихикнули. Леон сидел сбоку, пил сок и смотрел за происходящим с лёгкой улыбкой. Он пока не вмешивался. Ему было интересно, как далеко я зайду и где начну буксовать.

Я повернулся к красному.

— Если рядом человек ест громко, говоришь ему нормально, а не через весь зал на публику. Ты же не павлин на кастинге? Внимание к себе не привлекаешь? Поэтому за общим столом замечания делай так, чтобы человек исправился, это понятно?

Красный скривился.

— Да я просто сказал.

— А я просто объяснил, почему у тебя получилось плохо.