— Еще позавчера находились в Уругвае.

— И далеко же их занесло! Какого, простите, черта они там забыли?

— Точно сказать не могу, но пришли вести, что в тамошней столице Монтевидео произошла попытка переворота.

— Вот как? И с каким же, позвольте поинтересоваться, результатом?

— Законное правительство смогло удержать власть.

— Знаю я, какое оно законное! — фыркнул царь и продекламировал, — мятеж не может кончиться удачей, тогда его зовут иначе!

— Совершенно верно, ваше величество.

— Есть подробности, которые мне следует знать?

— Вообще-то есть, — кивнул министр. — Движущей силой заговора были не местные карбонарии, а немецкие колонисты во главе с неким Рёмом. Что же до непонятно как оказавшегося там Колычева, то он и его корабль приняли непосредственное участие в подавлении путча!

— Откуда такие известия? — насторожился император.

— В официальных источниках ничего такого нет. Но, по словам очевидцев, яхта главы ОЗК участвовала в воздушном бою и сбила корвет мятежников.

— А вот это интересно… ты веришь в такие совпадения?

— Никак нет, государь.

— Вот и я нет… разузнай-ка, брат, подробности этого дела. Держу пари, всплывет много интересного.

— Как вам будет угодно! — поклонился Лопухин, довольный, что доложил о новостях царю раньше, чем это сделали жандармы.

Днем позже о трагических событиях в далеком Монтевидео узнал кайзер. В отличие от русского царя настроение Вильгельма было преотвратным. Все-таки возраст давал о себе знать, а немецкие целители, к несчастью, ничем не могли помочь своему сюзерену. А тут еще этот пышущий энергией здоровяк…

— Ваше величество! — буквально ворвался в кабинет императора Геринг. — У меня для вас срочные новости!

— Что там еще? — с отвращением посмотрел на его лоснящуюся физиономию Вильгельм.

— Полный провал в Латинской Америке!

— Что⁈ — подскочил забывший о своих болячках кайзер.

Операция на этом далеком континенте должна была стать первой ласточкой среди целого ряда проектов, главный результат которых — передел сфер влияния между великими державами. И любая неудача больно била по самолюбию слишком поздно получившего власть престарелого монарха.

— Я говорил вам, что этому ублюдку Рёму нельзя ничего доверить!

— Рёму?

— Так точно.

— Значит, речь только об Уругвае? — немного расслабился император.

— Я склонен думать, что у этого поражения будут весьма серьезные последствия…

— Тебе не надо думать, майор! — бесцеремонно перебил подчиненного Вильгельм. — Лучше отвечай на вопросы. Что случилось в Монтевидео? Я хочу знать все, причем в мельчайших подробностях.

— Это будет долгая история, мой кайзер.