меня тему и чувствовал, как собеседник все больше и больше нервничает. Точнее, сердится. Наконец терпение юриста истекло. — Молодой человек, прекращайте морочить мне голову. Я понимаю, в вашем возрасте кажется, что достаточно почитать «нормативку», разъяснить конкретные вопросы у специалиста — и вы тут же решите возникшую перед вами юридическую закавыку. Но подумайте сами: если бы все было так просто, зачем бы я семь лет потратил на получение образования? — Сняв с носа маленькие круглые очки, Василий Маркович обвел нас с Ольгой грозным взглядом и, тяжело вздохнув, махнул рукой. — Молодо-зелено. Впрочем, это от возраста не зависит… Ладно… Попробуем сначала. Кирилл Николаевич, будьте любезны, изложите суть вашей проблемы — и позвольте мне самому оценить возможности ее решения. — Кхм… — Оля улыбнулась. — Извините, но… вопрос может показаться вам несколько… хм-м… предосудительным. А нам бы очень не хотелось ставить вас в неловкое положение. — Ольга Валентиновна, душа моя… Для того чтобы поставить юриста в неловкое положение, нужно отменить все законы. Но поверьте, даже в этом случае при небольшой подготовке хороший юрист просто станет апеллировать к законам природы… если вы понимаете, о чем я говорю. — К ответной улыбке правоведа так и просилось прилагательное «акулья». — А если серьезно, то прошу вас не забывать, что в моей работе, как и в труде целителя, есть понятие конфиденциальности. Хотя тут ближе все-таки не врачебная тайна, а тайна исповеди… Правда, боюсь, отец Евстафий за такое сравнение на меня епитимью наложит. Ну да и бог с ним… Итак, молодые люди, рассказывайте. Что ж, надо признать, в чем-то шустрый Бессонов был прав. Услышав мое повествование и задумку, он довольно быстро сориентировался и, вывалив на стол добрый десяток толстенных книг, принялся что-то быстро наговаривать на браслет. Понять, что именно он говорит, мне было сложновато. Уж очень архаичный язык, к тому же перемежаемый самой что ни на есть натуральной латынью… Наконец книги были отложены в сторону, но, как оказалось, только для того, чтобы видеопанель вычислителя тут же заполнилась огромным количеством стремительно открываемых документов… Два часа… два часа мы ждали, пока хозяин кабинета закончит этот книжный марафон. Хорошо еще, что секретарь Бессонова, довольно милая особа лет двадцати пяти, снабдила нас с Ольгой чаем. Конечно, не мой домашний набор, но и не пакетированное убожество… да и сласти оказались хороши… если судить по тому, с какой скоростью Оля их уничтожает. — Нашел,