— Значит, это Беркутов?! — охреневает от догадки Владимир. — Он что, новый бог? Сварожич? Да ну! Хотя, черт его знает…Бесоновы же носятся с ним как курица с яйцом.

Теперь хотя бы появилось представление об энергии Беркутова. Как и тот хаосит, он влияет на религиозное самосознание целого народа. Непонятно только как это в принципе возможно, но что точно: эта мощь сопоставима с фракталами князя Перуна. Поэтому схватка за Беркутова приобретает новый размах.

Неожиданно у государя звонит мобильник.

— Что случилось?

— Неприятность, Ваше Величество, — оповещает секретарь Службы Безопасности. — В Преображенском приказе сейчас происходит бойня.

И замолкает.

— Бойня кого с кем? — теряет терпение Владимир. Почему все заставляют его задавать уточняющие вопросы. — Насколько всё серьезно?

— ОБРП с… а вот тут показания разнятся. Сыскной приказ дал справку, что сражаются с хаоситом. Но там в его защиту приехали Бесоновы…

— Бесоновы в Преображенке?! — прерывает Владимир. — Да твою ж! Что эта Гюрза о себе возомнила?! Надо было придушить тварь, пока она еще соплячкой была! — он замолкает, вдруг догадавшись. — Неужели подозреваемый это Беркутов?

— Так точно, Ваше Величество. Беркутов Арсений Всеволдович, — видимо, секретарь сверятся с докладом.

— Я выезжаю туда, готовьте кортеж, — император бросает трубку и, поднимаясь из-за стола, одаривает министра тяжелым взглядом. — Жду доклад о японцах, Серега. Что там за обряды, правда, ли режут людей и прочее про их «перестройку» менталитета.

— Понял, Ваше Величество, — уж в спину Владимиру говорит министр.

* * *

— Болотопс жеваный! Нет! — ору я.

Но эффекта ноль. Чугун увидел врагов, пускай и так уже порядком покоцанных. Освободитель планет, как носорог, накидывается на толпу обреченных людей. Огромная туша вбивает бедняг в стену. Трещит разбитый бетон. Стонут и кричат сломанные полицейские. Доспеха-то нема уже. Слоновья серая лапень поднимается и сейчас размозжит голову первой жертве.

Я опережаю линчевание. Взмах Огневиков, и выпущенный огненный столп врезается в Чугуна. Динозаврика сносит в сторону, и он, перекатившись через себя, вскакивает, разламывая пол под собой.

Страшная морда с рогом ревет, в черных глазах пляшет ярость. Чугун снова бросается на тех же полицаев. Покалеченные люди визжат в ужасе. Кажется, смерть неминуема.

Одурел совсем?

Вызываю из небытья Симаргла, и Огнепес оживает. За моей спиной вспыхивают крылья, пламенная шерсть окутывает тело прочной броней. Я отталкиваюсь от пола. Резкий судорожный взмах крыльев и устремляюсь на пересечение обезумевшему Префекту.