- Идите вперед, - сказал негромко монах, и Сергей понял, что задерживаться у мертвой воды ему совсем не хочется.

Далеко уйти в темноту он не мог, ведь свеча была у Тихона, а достать телефон из кармана с Ярославом на руках не представлялось возможным. Подойдя к стене, он осторожно усадил сына на пол, прислонив его к ней. Посмотрев в сторону, где стоял монах, Сергей увидел, как тот откусывает голову очередной выбравшийся из мертвого озера нежити.

- Рук не чувствую, - пробубнил он сам себе под нос, пытаясь достать из кармана телефон, чтобы включить на нем фонарик. Но, когда ему это, наконец, удалось, и яркий свет осветил темный коридор подземного лабиринта, Сергей закричал так громко, что даже Тихон, жующий голову мавки, обернулся на его крик, бросив недовольный, полный укоризны взгляд на кричащего живого.

Но Сергей действительно очень испугался, ведь весь проход заполонили мертвецы, подобные тем, каким Тихон уже отрывал голову – неупокоенные. Все они стояли и смотрели своими белесыми глазами, а кто-то и вовсе пустыми глазницами на живых, что уязвимо сидели у стены. Вырвав из дыры на спине часть ребер еще одной мавке, Тихон быстрым шагом зашагал вперед, снова выпрямляясь во весь рост. Но тут его внимание привлекло какое-то движение над толпой нежити. Посветив туда своей свечой, а Сергей фонарем в телефоне, они оба увидели Валюшу, что уже спускалась по стене вниз, как огромный черный паук. На этот раз этот демон даже не посмотрел в сторону живых, понимая, видимо, что Сергей идти на сделку и добровольно позволять тому занять тело своего сына, снова откажется. Валюша, что выглядела как маленькая жуткая, мертвая девочка в черном, грязном платье и с черными, как и у самого Тихона, глазами, ехидно ухмыляясь, смело шагала навстречу огромному, необычно высокому монаху, внутри которого сидел демон подобно тому, каким была и она сама.

- Отдай, - сказала маленькая девочка огромному монаху. – Отдай мне их. Ты же знаешь, у них нет шансов. Ведьма их не отпустит. А тебе они зачем? Свой бестиарий пополнить? – смешно!

- Не стой у меня на пути, - злобно ответил ей монах. – Ты проиграла.

- Что ты удумал? – все тем же не девчачьим голосом проговорила Валюша.

- Не твое дело, - сказал монах. – Злишься, что тебе никто не молится? Что тебя никто не зовет на тот свет? Никто не нуждается в твоей «помощи»? – он усмехнулся. – Это Навь, - почти шепотом проговорил Тихон, низко-низко склонившись к девочке-демону. – Здесь каждый сам за себя.

Сказав это, он повернулся к Сергею и, кивнув, дал ему знак, что путь продолжается. Сергей снова поднял сына, положив на него телефон с включенным фонариком, и отметил для себя, что его руки уже были, словно плети – в них совсем не осталось силы.