Козлов кивнул.

— Именно так оно и действует. Команда менталистов это тоже поняла и пыталась атаковать его с разных сторон, но это оказалось тоже бесполезно. У твари очень гибкое сознание. Везде успевает. Причём не прикладывая дополнительных усилий. Измотать его не удастся.

Он окинул эмиссара брезгливым взглядом.

Я же смотрел на запертое в камере существо с интересом. Такого противника у меня ещё не было. До сих пор я использовал свой Дар, чтобы обнаруживать и убивать эмиссаров. Теперь же мне предстояло найти способ проникнуть в его сознание. Да, у меня имелось преимущество перед местными менталистами: они работали только с психикой пленника, а я могу коснуться его души. Это совсем иной уровень. И, видимо, единственный способ узнать, что творится у монстра внутри. Но сейчас я ещё слабоват для этого. Как говорится, чужая душа — потёмки, а мне предстояло копаться в душе иномирной сущности. И чтобы нырнуть в этот омут, нужно подготовиться. Иначе я рискую… да всем, если честно. Я ведь понятия не имею, что меня ждёт при подобном контакте.

По идее, надо бы обсудить это с Чу. Идея заключалась в том, чтобы воздействовать на эмиссара из мира духов, с которым он должен был сохранить определённую связь, оставив там след после перехода в эту реальность. Но подход требовал продуманности. Контакт с эмиссаром показал, что нахрапом его взять не удастся. Кроме того, сохранялась вероятность, что в пространстве Чу я стану не только сильнее, но и уязвимее — как ни парадоксально звучит.

А главное, мне требовалась подзарядка. Тех эмоций, которые я поглотил на выступлении и затем на кладбище, недостаточно, чтобы вступить в серьёзную борьбу с эмиссаром. По крайней мере, пока он черпает силу из менгиров. Да, я тоже ощущал влияние источника пси-энергии, но тварь явно более восприимчива к нему. И это даёт ей преимущество.

— Как оцениваете шансы, товарищ Громов? — спросил, взглянув на меня, Козлов. — Есть надежда, что вам удастся справиться с объектом? Только честно. Не нужно делать амбициозных, но пустых заявлений. Никто вас не осудит, если вы признаете, что ваш приезд сюда оказался напрасным.

— Думаю, получится, — честно ответил я. — Когда тварь увидела меня впервые, то почувствовала угрозу. Значит, осознаёт свою уязвимость. Да, сейчас она здорово сопротивлялась. Но лазейка в её сознании должна быть. Иначе она просто не отреагировала бы на моё присутствие.

Козлов кивнул.

— Я считаю так же, — сказал он. — Ваша задача — обнаружить слабое место в психологических барьерах объекта. Над этим и работайте. Если понадобится помощь, или просто появятся какие-то идеи…