Мне в глотку вливали что-то вязкое и тягучее. Терпкость и сладость в одном.
Я почувствовал растекающийся по телу жар, вскоре сменившийся ледяным холодом. Инициация! Перерождение в немёртвое существо, адепта культа смерти! Я видел, как из эмиссара делают некрода! Наверное, я первый человек, ставший свидетелем этого таинства…
А затем надо мной начали работать.
Моё тело менялось. В него что-то помещали, подключали и активировали. И я ощущал силу, которую давали мне импланты. Мощь и жажду применить её, убивая врагов!
И всё время где-то в отдалении раздавалось заунывное пение, напоминающее горловое, только в него были вплетены слова неведомого мне, но знакомого эмиссару языка. Тем не менее, даже он не мог ничего разобрать.
Так, всё это, конечно, интересно и познавательно, но едва ли поможет понять, какую конкретно миссию выполняют в этом мире эмиссары. Мне нужны воспоминания о том, для чего я — вернее, тот, в чьё сознание мне удалось так бесцеремонно вторгнуться — здесь. Как эмиссар должен открыть портал — вот, что я хочу узнать.
Выйдя из воспоминания о чудовищном и кощунственном, с моей точки зрения, ритуале, я разогнал образы усилием воли, как туман, и перешёл к следующей камере. Она была отмечена жёлтым. Попытка номер три. А цветов было ещё много. Проклятье. Что, если по закону подлости, то, что мне нужно, обнаружится последним? Но вариантов не было.
Взломав Печать, я выдвинул ящик и достал новую сферу. Ну, попробуем!
Осколки брызнули в разные стороны, исчезая, словно сыплющиеся из костра искры, и меня окутали новые видения.
Большой зал, вырезанные из гигантских костей квадратные колонны, восьмиугольные плиты из жёлтого песчаника покрывают пол. Передо мной сидит галод с совершенно белыми редкими волосами. Он походит на труп, но при этом жив: его тонкие губы шевелятся. За ним на стене какой-то странный символ, похожий на стилизованное изображение цветка с дюжиной острых лепестков и сложным узором в центре.
Я ощущал трепет. Происходило нечто важное. То, что должно было изменить жизнь галода. Перевести его на новый уровень. Его для чего-то выбрали. Он считал это великой честью.
Ещё через некоторое время я вдруг понял, что меня инструктируют. Вернее, не меня, а эмиссара, внутри воспоминания которого я оказался. Чёрт, неужели мне повезло⁈ Я, наконец, вытянул джокера, с третьей попытки открыв нужную ячейку⁈
Надо только услышать, что он говорит. Вернее — вызвать воспоминания, связанные с образом. Сейчас-сейчас… В уши уже заползали звуки. Пока что понять ничего было нельзя, но я чувствовал, что ещё немного, и в моём сознании возникнут смысловые паттерны, из которых можно будет, как из кирпичиков, сложить ответы на мои вопросы!