— Пожалеешь, — процедил Веденеев, шарахаясь в сторону.

Как он только не упал? Имелось у меня искушение подтолкнуть его воздушной стеной, но порыв сдержал. И, как показало время, правильно сделал. Вадим Владимирович взмахнул рукой, как бы призывая к себе кого-то. Но, нет, это он офицерам просигналил, чтобы те вступали в дело. Подпоручик обернулся к пролетке, что-то сказал и из нее выбежал щуплый паренек с фотоаппаратом в руках. Журналист? Однако, это похоже на тщательно спланированную провокацию. Чем Кати так чинушу зацепила? Сомневаюсь, что тот в нее по уши влюбился, слишком самого себя боготворит. Да и слухи ходят вокруг моей подруги неоднозначные. В высшем обществе на нее косятся, кто-то завидует, а показывать свое расположение не желают. Или дело в родстве отца девушки с градоначальником Петербурга? Метит на его место и считает, что таким образом оно ему легче достанется? Как вариант, но окончательные выводы делать не спешу.

— Господин Воронов! Вы наглец, хам и сволочь! — заявил приблизившийся ко мне кавалерийский офицер, если не ошибаюсь.

Служивый избегает смотреть мне в глаза, но говорит четко и уверенно. Он нервно сжимает в руке перчатку, готовясь таким образом вызвать меня на дуэль.

— Поручик, мы не знакомы, представьтесь! — рыкнул на него я и мысленно хмыкнул, наблюдая, как тот встал по стойке смирно.

Каюсь, применил командную магию, а остальное уже рефлексы у офицера сделали.

— Поручик Аксёнов Михаил Юрьевич, Санкт-Петербургского 1-го уланского полка к вашим услугам! — щелкнул он каблуками.

— Врачеватель, господин Воронов Александр Иванович, — представился сам, а потом спросил: — Михаил Юрьевич, вы настроены вызвать меня на дуэль, не так ли?

— Честь дамы пострадала и для русского офицера это кощунство, то как вы с ней поступили. Милейший, вы подлец! — яростно произнес Аксёнов.

Грамотно он поступил, не пожелал услышать объяснений, сразу к оскорблениям перешел. За такое не прощают, даже если слова произнесены по ошибке. Вот только он пока еще не расстался с перчаткой. Получается, ждет от меня определенных слов, дабы выбрать оружие.

— Что ж, за такие речи вы должны ответить, — чуть пожал я плечами. — Что изволите выбрать для дуэли шашки или револьверы? И, поручик, не пытайтесь сделать удивленное лицо, вы к этому подводили и не вижу причин не посмотреть на цвет вашей крови, — вырвал из его ладони перчатку и ему же в лицо швырнул. — Ну, теперь все правильно?

— Вы пожалеете, — покраснев, как рак, проскрежетал офицер.

Я же взглянул на часы и прикинул, как долго продлится визит к Штерну. Пару часов мне необходимо, получается, если с запасом, то часам к двум пополудни освобожусь. Об этом и объявил: