Меня трясло при мысли, что, переписываясь со мной, он попал под машину. Но если бы мы не успели обменяться несколькими сообщениями до аварии, он исчез бы навсегда сразу. Я бы никогда не увидела его лица, не услышала бы, как он играет и поёт. Было бы мне легче? Возможно. Но именно Артём подтолкнул меня двигаться к мечте, а не идти на поводу у родителей. Он вроде моего ангела-хранителя.

Когда мы оказались в спасительной тишине квартиры тёти Тани, Артём уверенно прошёл сразу в мою спальню. Он прекрасно здесь ориентировался.

Он осмотрел немногочисленные книги, которые стояли на полке, полистал мой альбом, потрогал карандаши и повернулся ко мне, засовывая руки в карманы джинсов. Я снова не знала, о чём говорить. Что я могу сказать человеку, который, первое, почти погиб из-за меня, и второе, застрял между мирами тоже из-за меня?

– Я ни о чём не жалею, – сказал Артём, и я уставилась на него, не веря своим ушам. Он ведь почти умер! Он не жалеет, что не проживёт долгую жизнь? – У меня было много месяцев, чтобы всё осознать и осмыслить. Что случилось, то случилось. Теперь я просто хочу освобождения. Завтра они отключат меня. Туда никого не пустят, и я не хочу там быть тоже. Можно я останусь здесь?

– Конечно, – кивнула я и задала вопрос, который мучил меня: – Ты не ненавидишь меня?

– За что? – его глаза округлились.

– Я убила тебя.

– Это была не ты. Это стечение обстоятельств. Ты не виновата.

Но почему я чувствую себя так паршиво тогда? Может, если бы я могла ему помочь, я бы чувствовала себя лучше?

– Алён… я продолжал с тобой общаться, даже когда всё понял. Ты мне нравилась. Я влюбился. Моё тело пострадало. Но мой разум и душа тянулись к тебе. И это не изменилось. Я вёл себя эгоистично. Только ты можешь мне помочь.

– Но как?

– Старшие говорят, что я должен завершить некую миссию на земле. И это как-то связано с тобой.

– Почему они не пускали тебя ко мне?

– Считали, что это слишком опасно. Нам запрещено вот так врываться в жизни живых. Ты исключение. Моя душа не просто застряла. Моя душа продолжила жить земной жизнью, поэтому, в отличие от других духов, я смог разговаривать с тобой. Первое, чего лишаются застрявшие, – это возможности общаться с людьми.

Мы проговорили до самой ночи, и я уснула под его голос, который напевал мне нашу песню.

Our time is running out

Our time is running out

You can't push it underground

You can't stop it screaming out

I wanted freedom

Bound and restricted

I tried to give you up

But I'm addicted

Наше время на исходе,

Наше время кончается.

Ты не можешь загнать любовь под землю,