Я прекрасно поняла на что магистр намекает и молча сделала глоток чая. Было бы неплохо к горьким травам добавить сахара, но некоторым определенно хотелось, чтобы я испытала всю горечь момента.

— Дивный чай, — с трудом солгала я.

— Сам заваривал, — с гордостью уведомил о том, что я и так уже знала, магистр Ксавьен.

— Заметно, — позволила себе шпильку я.

— Я бы даже сказал — замечательно, но не скажу.

Нашла с кем обмениваться колкостями.

— Как ваш план?

— Наш, — судя по уточнению, магистр категорически отказывался проворачивать собственную аферу в одиночестве. — И пора бы обсудить следующий шаг.

Каенар меня прибьет… Но все же:

— Что я должна сделать?

— Как и всегда, — магистр улыбнулся так, что это вполне можно было назвать оскалом, — проявишь свойственную тебе заботу о ближнем и начнешь опекать прекрасную принцессу Сибиллу. К слову начинание следует инициировать с приглашения вышеуказанной персоны во дворец для представления двору. Негоже ведь, чтобы целая принцесса и сидела взаперти в доме ничуть не царственных родителей. Совсем негоже. Плюс эта беременность все же вынашивание потомка императорской крови — все должно проходить в соответствии с традициями. Ну там льняные простыни, настои для укрепления беременности, императорские лекари…

— Небо, как же жестоко! — не сдержалась я.

— Поздно, милочка, — отрезал магистр. — Игра уже началась, вот и играй по правилам.

Одним махом я допила чай до конца. Руки дрожали. А замысел Ксавьена мне был предельно ясен после слов магистра Сайдакора — на плоде принцессы Сибиллы прослеживается четкий след ауры магистра Ксавьена и каждый придворный целитель это почувствует…И тогда бывшую леди Сарскую ждет ад, просто ад. За ее спиной начнут шептаться, слухи охватят дворец и столицу подобно пожару и вот тогда встанет вопрос о доказательстве законности происхождения ребенка.

И, несмотря на понимание необходимости, я прошептала:

— Это слишком…

— Это необходимость, — намного мягче, чем раньше, произнес магистр Ксавьен. — Ты должна это понимать.

Я понимала, все понимала, но обрекать леди Сарскую на повторное публичное унижение, причем унижение уже в гораздо больших масштабах, как и публичность… И все это в отношении беременной женщины…

— При всем моем понимании, это… слишком для меня, — это действительно было слишком.

— Не волнуйся, император снова женится, так что случай представится, — своеобразно успокоил меня магистр. — Новая императрица захочет показать себя как Мать Империи, проявит чрезмерную заботу о своих «сыновьях» и тебе останется лишь чуть подтолкнуть эту идиотку в правильном направлении.