с того черного дня, когда к ней в дом пришел адмирал и сообщил, что «Чайная роза» в назначенный день не пришла в порт. Обычная фраза. Ее слышали тысячи жен моряков, тысячи еще услышат. Юной девушкой, стоя у алтаря, она уже знала, что однажды и ей могут сказать: «Корабль не пришел в порт». И, как все жены моряков, надеялась, что именно ее эта чаша минует. Не миновала. Теперь осталось лишь ждать хоть каких-нибудь вестей. Даже о смерти мужа и сына – это легче, чем бесконечное, тоскливое ожидание. Или не легче? Когда есть хоть призрачная, но надежда? Неважно. Теперь неважно. Вот этот мальчик, что лежит сейчас перед ней, поставит точку в ее метаниях. Худой, с ввалившимися, блестящими после тяжелейшего жара глазами, не имеющий сил толком разговаривать. Он даже не подозревает, что несет в себе истину. «Лучшие цветы Эдинбурга расцветают в мае». Это не пароль – это магический триггер, спусковой крючок, запускающий семейное заклятие. Отец или сын вложили в его голову послание, извлечь которое сможет только она. Причем сам мальчик об этом и не подозревает. И не надо ему знать. Пусть лишь немного окрепнет. Не из жалости, хотя… в любом случае ослабший, он может не вынести заклятья, умереть, не успев рассказать все, что ей хотели сообщить. Придется ждать. – Так откуда ты знаешь? – Винс просил. Найти маму и сказать эти слова. Вы ведь его мама? Женщина молча кивнула. Она до паники, до дрожи боялась спросить о чем-то еще. Мальчик назвал сына Винс! Простолюдин, оборванец назвал барона по имени. Легко и естественно, видимо, не в первый раз. Вот сейчас, прямо сейчас она задаст еще один вопрос. И получит ответ. Страшный? Спасительный? Ну уж нет, это выше ее сил! Баронесса погладила Поля по слипшимся волосам и вышла из комнаты, сказав на прощание лишь: – Поправляйся. У нас будет еще время поговорить. Через два дня, в течение которых за Полем ухаживали, как за принцем крови, и кормили, как на убой, баронесса пришла вновь. – Ого! Кажется, ты уверенно поправляешься? – Говорить она старалась беззаботно, но нетерпение и раздражение прорвались даже в этой фразе. – Спасибо, ваша милость, мне действительно лучше. Конечно, лучше. Голос тверд, лицо порозовело, и, как докладывают служанки, мальчик сам ходит по комнате и даже пытается заглянуть в девичьи декольте. Значит, можно и запускать заклятье! – Хорошо, хорошо, ты, главное, лежи. Смотри на этот медальон. Правда, красивый? Внимательно смотри, успокойся, расслабься и вспомни. Лучшие цветы Эдинбурга расцветают в мае. Едва услышав эту фразу,