(У магов нередко наблюдается эффект, что глаза будто изнутри подсвечиваются, настолько ярким бывает цвет радужки)

Роста девушка довольно высокого. Чуть выше рядом стоящего спутника. Но не выше Энтони.

— Нум те ад аликуид тале инвитарем? — произнёс парень.

— Видеамус, — ответила девушка.

«А если наши уйдут с теми парнями?» — заговорил Младший.

Очевидно имея в виду троицу подруг.

«У нас стоит задача морального воспитания?» — спокойно отозвался Энтони.

Он отпил шервизи.

«Но…»

«Проследим, чтобы опасности не было. На этом всё»

«В смысле, в сторону?»

«А какие ещё есть варианты? Куколдизм мне не импонирует. Совершенно».

«Эх» — в тоне младшего проступили нотки сожаления.

«Свобода, дорогой товарищ, проявляется в обе стороны. Как и обязательства. И нам вскоре всё равно бы пришлось это заканчивать. Я увидел сразу две формулы, которых не знаю. Времени на всякие отвлечения нет».

«А что происходит?»

По галерее пробежали слуги. Встали около светильников. И синхронно выключили их. А вот те, кто оказался около факелов во дворе пока ничего не делали.

В темноте мелькнули фигуры. Они выбежали на атриум, под тёмно-синее и уже звёздное небо. И замерли в густых тенях под крышей галерей. Пару мгновений ничего не происходило. А потом заиграл какой-то духовой инструмент. Голосом похожий на флейту. Завибрировал нежным высоким тоном.

А это струны. Перебором зазвучали в тишине. А следом вступили барабаны. Но не мерным буханьем, а звонким быстрым стаккато.

«Да это же что-то восточное. Арабское?».

Тени метнулись в центр площадки. Тут же вспыхнули факелы, которые сделали эффект прорисовки. Музыка стихла. Потрескивают факелы.

Почти обнажённые девичьи фигуры. Одна в центре, шесть вокруг неё.

— Оу! — долетел комментарий от девушки рядом.

«Бандерас» в ответ хмыкнул.

Коротенькие штанишки из голубой блестящей ткани. У центральной из розовой. Из такого же материала и такого же цвета повязки на груди (хотя, по-честному, что там прикрывать). Аккуратные животики, плоские, но не прорисованные в квадратики. В пупках блестят драгоценные камни, под цвет одежды. И опять полупрозрачные белые платки закрывают лица до глаз.

Пум-та-та-та-та. Вновь заиграли барабаны. Центральная танцовщица подняла руки, а шестеро вытянули правую ногу вперёд. И все девы раз и ловко двинули бёдрами. Блеснули цепочки на бёдрах, негромко звякнули подвески.

«Матка боска! Да это ж танец живота!»

Центральная выступила вперёд, окружающие же повторили её предыдущее па. И пошла жара! Уверенно зазвучали барабаны, запела флейта и струнные переборы. Музыка одновременно достаточно быстрая и… романтическая.