Гнеш принялся уверять, что они с Эльфом с самого раннего утра и до самого позднего вечера усиленно занимались, но Вика, только потрепав Неллиным жестом Гнеша по волосам, похлопав по плечу Эльфа и поцеловав в носик Бенту, отправилась наверх. Она понимала, что без поддержки Малым Исцелением и без её личных демонстраций приёмов ждать от Эльфа больших и быстрых успехов не стоит. Ни нагрузок нормальных, точнее экстремальных, не нагрузить, и Гнеш ещё далеко не годится на роль сенсея, гуру, тренера.

Когда она уже вернулась из бани, то прибыл со службы и Тугорд.

За ужином, на котором присутствовали и дети, разумеется ни о чём серьёзном речь не шла, да и после их ухода, при Аране, Вика в основном рассказывала о кузенах, естественно только хорошее.

Предметный разговор состоялся, когда Вика с Тугордом уединились в его кабинете.

— Нелла, теперь-то мне хоть скажешь, чем мои сыновья занимаются, кроме как сопровождают очень важную особу? Или считаешь, что мне об этом пока знать не следует? Я могу и подождать со своим любопытством, если ты считаешь это нужным.

Вика, уже перестав в вопросах манер стесняться Тугорда и, в самом деле, начав относиться к нему, как к родственнику, устроилась на гостевом диване с ногами, подобрав их под себя.

— Скажу, — она с благодарностью приняла из рук дяди небольшой кубок с вином и подождала, пока он сядет в своё кресло за рабочим столом, — Они зарабатывают себе дворянство. Дядюшка, дорогой, только не изображай удивление — ты ведь не сомневаешься, что та самая очень важная особа, которую они сопровождают — это виконтесса Урания. Ты ведь умный человек и понимаешь, что с такой службой можно очень высоко взлететь.

Тугорд внимательно посмотрел на Вику и кивнул.

— Или потерять голову, — спокойно сказал он, — Понимаешь, Нелла, в политике всё очень сложно…

— Я знаю, дядя. Но ты можешь не сомневаться, что победа будет на стороне Урании.

— Так я и не сомневаюсь. Более того, скажу, у нас в ратуше уже никто в этом не сомневается. Даман сел в лужу, выпустив пташку из своих когтей. А то, что он сейчас делает, лишь агония. Впрочем, она может длиться ещё очень долго. Поэтому никто пока особо не высовывается. Даже наш мэр — вот, кто поистине мудрый человек — отправил своего сына, твоего знакомца Оззи, вместе с кучкой его прихлебателей в Омин. Правда, официально считается, что тот сделал это против воли отца. За что тот его проклял, лишил права наследования и пригрозился лично повесить своего сынка. Только мы-то в это не верим? Правда?

— Правда, — засмеялась Вика.

В самом деле, для неё ничего удивительного в этом не было. Ещё в детстве, читая Трёх мушкетёров, она там повстречала двух персонажей — братьев — которых отец крестил одного гугенотом, а другого католиком, так что при любом раскладе религиозной войны, семья бы выжила, а один брат не дал бы пропасть другому.