Бросаю взгляд на него. Можно говорить, что мы фиктивно? - дёргаю вопросительно бровью.
- А я больше не волнуюсь, - надменно и с пренебрежением смотрит на меня девушка. - Вижу, повода и действительно нет.
Ах, ты.... сучка какая!
Ноздри мои обиженно вздрагивают.
Герои моих романов, живущие в моей голове, тут же находят с десяток дерзких и остроумных ответов. Но я только растерянно открываю и захлопываю рот, перепутав их всех.
А надо было надеть “то” платье, каблуки, глаза накрасить и волосы распустить! Так и сделаю в следующий раз.
- Вера.... - подхватывая за локоть, Добрыня подтягивает меня к себе.
Сгребая за плечи, отправляет настойчиво вперёд, в открытую дверь ЗАГСа.
От этого мимолётного мужского объятия подкашиваются колени.
Когда к тебе последний раз мужчина-то прикасался? Три-четыре года назад?
Уж лучше не начинать считать!
Последнее моё эротическое переживание - это, пожалуй, когда моя куртка провисела рядом с курткой какого-то незнакомого брутального красавца. Кстати, похожего чем-то на Саянова. Он сегодня просто неотразим. Свежий и “с иголочки”. Я рядом действительно как “лох”....
- Вера, извините за это недоразумение. Надеюсь, оно никак на Ваше решение не повлияет.
- О, нет. Не повлияет. "Нас невозможно сбить с пути... нам пофигу куда идти!" - ухмыляюсь, пытаясь вернуть себе крохи самоуверенности.
- Наш человек! - протягивает свою огромную пятерню Добрыня.
Шлепаю по-свойски ему "пять".
Но лицо моё полыхает....
Кладет мне руку между лопаток, заводит в кабинет.
Мы заполняем заявления, заглядывая в свои паспорта.
Я от волнения порчу уже второй подряд бланк, смущённо прошу ещё один.
Работник ЗАГСа не раздражается. С умилением, протягивает мне ещё.
Она - знакомая Саянова. И говорит с ним.... словно он врач, спасший жизнь. С уважением и желанием угодить.
Спасатель.... - напоминаю я себе. Наверняка, оттуда и знакомы.
- Ой, какая невеста у вас хорошенькая....
- Да, - улыбаясь, продолжает писать Добрыня.
Распахиваю глаза, на всякий случай оборачиваясь, вдруг эта девица зашла в открытый кабинет.
Но нет... Женщина явно про меня. Подозрительно кошусь на нее, заполняя очередной бланк. Наверное, просто из вежливости...
- А зовут?
- Верочка... - басит он.
Стукнув неровно, мое сердце ускоряется. “Верочка”. Муж мой бывший нашел такое отвратительное ласкательное к моему имени, что я разлюбила его навсегда - он обращался ко мне“Верунь”.
А Верочка из уст Добрыни - это.… хорошо.
Мечтательно вздыхаю.
И тут же осаживаю себя: любоваться можно, очаровываться - нет. Это не роман. Это - контракт. Возле него вон какие хищницы отполированные крутятся - стройные, высокие, молодые. Я там априори неконкурентна.