мага, для чего пришлось того перевернуть. — Граф Ульрих фон Диллингем, — произнесла она. — Один из сильнейших ментальных магов мира. А эту девушку, которую ты, Раэш, так нежно прижимаешь к своей груди, я не знаю. И снова хихикнула. Мы с Айви с подозрением посмотрели на нее, поскольку такое поведение ей совершенно не свойственно. Подозрительно это. — Таэль, что случилось? — не выдержала принцесса. — А ты… — начала было она, но тут же остановилась. — Ты же немецкого языка не знаешь. Она, — женщина посмотрела на девушку на моих руках, — сказала «это судьба». И к чему бы? Теперь уже Айвинэль с интересом оглядела ее. Перешли на наш дирижабль, где у меня забрали пострадавшую и понесли к целителю. Мы же направились в свою каюту, чтобы отдохнуть. Отдых особенно требовался мне. Раздевшись, лег на кровать, а Айви примостилась у меня под боком. И почти сразу я уснул. Разбудил меня громкий стук в дверь. Крикнув, что мы встаем, покосился на эльфийку, одной рукой протирающую заспанные глаза. — Мы что, все проспали? — зевнув, спросила он меня. — Проспали, проспали, — я прижал ее к себе, и она довольно мурлыкнула. — Поднимаемся, а то наверняка уже подлетаем к Каирвиллю. Но, как оказалось, этот город мы уже пролетели, и сейчас летим над Африэнном. А вызвали нас для предстоящего разговора с девушкой, которая пришла в себя. Когда мы вошли в кают-компанию, там уже сидели родители Айвинэль, глава клана Серебряные Струи и незнакомка. Последняя посмотрела на нас с некоторым удивлением, а потом, вероятно, вспомнив что-то о нас, легко кивнула себе. — Позвольте представить вам нашу гостью, — произнес хозяин дирижабля: — София Шарлотта Августа, герцогиня Баварская. Ваша светлость, а это Раэш и Айвинэль Арэшхиллса. — Герцогиня прибыла к Владыке по важному делу, — взяла слово Мальвиэль. — У них в стране сложилась такая обстановка, что герцоги Баварские и Австрийские приняли решение искать союзников за ее пределами. Я считаю, что вы тоже должны быть в курсе этого. На последних словах гостья бросила на нас взгляд, но лицо ее оставалось бесстрастным — впрочем, как и эмоции. Затем последовал предметный разговор. В общем, в Дойчландии творилось то же, что и в России или Африэнне. Разделение людей на два лагеря и постоянно обостряющаяся конфронтация между ними. Честно сказать, мы с Айвинэль так и не поняли, почему ее мамы решили, что нам необходимо это знать. У герцогини дела к Владыке, а мы вообще, как говорят русские, «с боку припеку». Придется после свадьбы наших друзей поговорить с ее