еще небольшими дирижаблями, не привык их обсуждать. Сейчас он находился в носовой части, просматривая горизонт в подзорную трубу. Если Владыка отдал такой приказ, значит, тому была причина, и Тиллиниа́н отнесся к нему со всей серьезностью. Тем более, что начало его маршрута было стандартным для патрулирования торгового пути и только затем, убедившись в отсутствии в пределах видимости других дирижаблей, необходимо было уйти на юг. Капитан поступил в какой-то степени проще: никто не увидел, куда направился дирижабль, но и сложнее тоже — по характеру маневра. К сожалению, торговый путь пользовался огромным спросом, потому число пиратов не сокращалось, а увеличивалось, несмотря на усилия всех стран по их истреблению. Поэтому незаметно уйти на задание он никак не мог, а поскольку правитель сделал акцент на этом моменте, то получается, что это важно. И когда они приблизились к буре, двигающейся с севера на юг, которую все обходили значительно севернее, он вызвал к себе старшего мага. — Джелиа́н, — тихо обратился он к тому, — наша магическая защита выдержит его воздействие, пока мы будем добираться до ока бури? — капитан кивком головы указал, от чего они должны защититься. Тот замер, внимательно глядя на бурю, сотворил специальное диагностическое заклинание и отправил его вперед. Затем еще несколько секунд обдумывал что-то и вынес заключение: — Выдержит. Но если нам будет необходимо выходить из бури до того, как сила ее иссякнет, то после этого все мы воевать не сможем, по крайней мере, сутки. Вот тогда он и решился на этот маневр, отдавая приказ в своей манере исполнительного солдафона, как называли его некоторые из-за следования уставу и клятве служения. Если сказано: делать так, то он и будет исполнять приказ. Сам капитан старался поддерживать такой имидж. И это принесло свои плоды: он начал замечать странноватое поведение некоторых подчиненных, иногда — резкое прекращение разговора, который к тому же велся негромко. Обо всем этом он сообщил в службу безопасности клана, и после покушения во время бракосочетания принцессы та достаточно долго занималась проверкой, но ничего не выявила. После этого его еще раз вызвали на беседу, но он ничего нового сообщить не смог. А по ходу этой беседы у Тиллиниана вообще создалось впечатление, что его хотят выставить чуть ли не параноиком, видящим во всем заговоры. Но капитаном его оставили, да еще поручили это странное задание. — Капитан, а вы всегда сами наблюдаете за небом? — раздался рядом с ним медовый голос помощницы интенданта.