На восьмой день, я, наконец, решился выйти на диалог.

Видел бы кто-нибудь как этот пацан подскочил — точно решил бы, что того змеи цапнули за пятое место. А я всего-то задал вопрос в голове. Наш индивид оказался непроходимо твердолобым экземпляром. Целый час я пытался объяснить ему, что я не демон и его не прокляли, и только на второй он начал в это верить. Зато, кажется — престал верить я.

Этот странный диалог с собой продолжался уже добрую половину дня. За это время мы успели придумать не одну теорию моего появления здесь. И самой правдоподобной оказалась естественно не его. Единственная разумная гипотеза гласила о том, что в шестерёнках мироздания произошёл какой-то баг. Вселенную заклинило и вместо стандартного маршрута, моя душа пробиралась извилистыми тропами и в конце концов попала сюда.

После, мы решили познакомиться. Очень вовремя, нужно сказать. Звали нашего страдальца Айбер Харрин. Пока продолжался весь этот стендап-концерт, местные на нас очень странно поглядывали, вследствие чего хозяин тела убрался подальше от людных улиц.

Солнце клонилось к закату, и как-то сам собой зашёл разговор о планах на будущее. Ну, тут этот кадр и выдал, что, в общем-то, собирается закончить свою академию и пойти батрачить в городскую стражу.

И никак его было не сбить с этой идеи. Никакие доводы разума о жизни без постоянного подчинения и унижения, на этом человеке просто не работали. В результате, парень задал финальный вопрос:

— Ну а ты сам-то, — был свободен от этого в своём мире? Насколько я понял, наши планеты очень похожи.

Был ли я свободен? В отличие от большинства людей, которые замялись бы при ответе на этот вопрос — я имел однозначный и чёткий ответ:

— Да. Абсолютно.

Человек, проживший всего шестнадцать лет отроду, усмехнулся про себя и спросил:

— И кем же ты был? Как ты сумел получить то, что недоступно никому?

— Таких как я, в моём мире называют очень просто — Хакер.

* * *

Минул месяц с тех пор как я вступил в коммуникацию с Айбером. Нынешний хозяин тела внимательно наблюдает. Нет не так — пытается присматривать за мной. Выражается это в постоянных попытках вмешаться в мыслительный процесс. Делает он это, нужно сказать, крайне грубо и неосторожно, буквально врываясь в спокойный поток. Благо, за всё время проведённое в его голове, я мало-помалу научился защищаться от подобных вторжений. Достаточно просто разделить мысль на фрагменты, которые невозможно собрать воедино, если неизвестна логика размышлений. Простая и гениальная тактика.

Теперь же что касается обстановки вокруг меня.