Я закрыл двери и спустился вниз. Я жил один, не считая экономки Джулии, которая со мной уже 10 лет и годится мне в матери, и её молодой помощницы Росарии, которая выполняла обязанности не только по дому, но так же и в моей постели, когда это было необходимо. Сейчас это было необходимо.

– Сеньор Пьетро, кто эта девушка? – поинтересовалась она, пытаясь заглянуть мне через плечо, когда я выходил из спальни моей матери и закрывал двери.

Я никогда и никому не позволял заходить в эту комнату. Каждый день все в этом доме следили за порядком, но только Джулии позволялось заходить в эту спальню. Когда я нёс Марселу на руках, она была сильно удивлена, что я направился прямиком именно туда. Джулия не проронила ни слова. Я неосознанно сравнил Марселу с моей матерью, ведь она была так же сломлена, как и моя мать когда-то.

Я снова встряхнул головой, выбивая воспоминания о моей матери из себя, и посмотрел на Росарию.

Иногда она забывала своё место, потому что ей удавалось то, что не удавалось другим.

– Тебя это не касается, Росариа, – отрезал я. – Через десять минут будь у меня.

– Хорошо, сеньор. – Она быстро подавила своё любопытство и направилась вниз.

Я зашёл к себе в спальню и скинул одежду, направляясь в душ. Поток холодной воды стекал по мне, приводя в состояние бодрости.

Блять, нужно было попросить Джулию раздеть Марселу, но похоже, ей бы это могло не понравиться. Лучше оставить всё как есть, завтра с этим разберусь. Марселе необходимо поспать. Утром придёт док и осмотрит её. Дорога была длинная, и она постоянно спала. Наверняка из-за шока и истерики.

Я вышел из душа и написал СМС Микеле о том, что Марсела спит и что она в порядке. Через несколько минут в дверь постучали и в комнату вошла Росариа в одном тонком халате. Я любил трахать её, она была гибкой и безотказной, всегда готовой для меня.

– Сеньор Пьетро, я могу войти?

Она улыбнулась, а я уже был готов выбить все лишние мысли из своей головы.

Глава 2.

Марсела воспоминания.

–Тебе нужно уйти. Сейчас.

–О чём ты? – Сердце подпрыгнуло в груди, начав отбивать беспорядочный ритм.

–Ты не понимаешь, Марсела! Ты должна уйти, сейчас.

Я встала с постели, обернувшись одной тонкой белой простыней, и подошла ближе к нему. Виталий стоял возле окна, его спина была напряжена, и глаза были не такими любящими, как я видела несколько минут назад, в них была злость.

Я прикоснулась к его обнажённой груди.

–Виталий, что случилось? Я сделала что-то не так?

Он посмотрел на меня внимательно, будто что-то искал в моих глазах, возможно, искал причину.

Он прикоснулся ладонью к моему лицу и что-то сказал по-русски. Я не понимала значение этих слов, но они однозначно были произнесены с болью, это чувствовалось так же хорошо, как и его прикосновения на моей коже.