— Не будь ты так изуродован, я бы сказал, что никакой ты не Тапок, а замаскированный свободный, жаждущий щекотать нервы, — хмыкнул Глэм. — Вон, даже делаешь вид, что не в курсе, о чем я говорю. Но не-е-е… с твоей мордой вряд ли ты свободный. Такое никакая хирургия не восстановит. Тебя что, жарили на костре?

— Не знаю. Не помню, — буркнул Тапок.

— Ну и неважно. Слушай, я не хочу с тобой еще раз драться. Давай попробуем как-нибудь разойтись мирно.

— Ты ведь сам сказал, что завтра…

— Да говорил, говорил, — закивал Глэм, — но необязательно все должны погибнуть. Можно объединиться и выиграть командой.

— А в чем мой резон?

— Выживешь…

— Ха! — усмехнулся Тапок.

— Да чего ты ржешь? Ты вообще не смекаешь, где ты, так? Не знаешь, в какой жопе оказался?

— По ходу пьесы разберусь, — ответил Тапок.

— Ага, как же… Поверь, новички тут дохнут, как мухи, а вот если найдется тот, кто тебе подскажет, расскажет, чего тут да как… Взамен прошу немного — работаем в команде, я прикрываю тебя, ты меня.

— Может, я кого посмышленее найду? — хмыкнул Тапок.

— Я все тут знаю, — заявил Глэм. — И уже один раз вышел из Cкайсити. Так что хрен ты найдешь кого посмышленее.

— Да врешь ты все!

— Не вру! Думаешь, откуда у меня тут подвязки все эти? Я убил монстра! Убей монстра — получишь свободу. Это закон, его даже местные говнюки не нарушают. Тебе дадут байк, пищу и воду на неделю, и помашут ручкой. Ну, или предложат остаться свободным гладиатором. До сих пор жалею, что решил выбрать свободу, — вздохнул Глэм.

А до Тапка начало, наконец, доходить, в какой ситуации он оказался. Но все же он понял, что собеседник с ним не совсем честен.

— То есть ты был новичком на аренах, — осторожно спросил Тапок, — и затем вдруг победил монстра, которого завалить ну никак не мог, и тебя отпустили? Вот просто так взяли и отпустили?

Глэм отвел взгляд. Видно было, что Тапок попал в точку.

— Ну…в общем нет. Тогда монстра кинули на арену для новичков, и там был один свободный гладиатор, он очень здорово дрался и хорошенько потрепал монстра. Именно он и должен был стать героем битвы. Ну, я просто воспользовался ситуацией: залез на крышу и с пары метров всадил в то место, где уже сорвана была броня, десяток патронов из дробовика. Тварь сдохла, а героем оказался я. Меня тут же вывели с арены, пару дней помариновали, снимая для местных голоканалов, и под крики толпы посадили на гравибайк, выдворили из города. Я и укатил.

— А как ты второй раз сюда попал?

— Да по дури. Подписался с одними мутными типами на сопровождение каравана, вроде до одного поселка крупного.