— Сколько? И почему — именно меня? — не понял уважаемый Иван Сергеевич.
— Сколько его помню, — уклончиво ответил эльф. — Вас — потому, что только великий некромант смог бы понять его беду, а у нас таких — великих — как-то не особенно, даже среди древних родов — вроде тех же Чанышевых.
Вот, да. Надо уже разобраться с тем, какие древние рода за что отвечают, а то блуждаю в потемках, набивая ментальные шишки!
— Что-то тут не то. Реакция эта, — решил я. — Ну, подумаешь, Авалон… Кстати, причем тут Оловянный Остров?
— Минуту, — попросил лаэгрим. — Сэм, вставай! Распустил сопли, смотреть стыдно!
— Какой еще, нахрен, Сэм? — не понял я. — Или погодите! Да неужели, не бывает таких совпадений!
Собрался с духом, набрал воздуху в грудь.
— Samuel Armstrong Lane! Please rise to your feet and make yourself presentable, befitting a doctor and a gentleman! * — потребовал я на авалонском: не совсем, подозреваю, правильном, но понятном.
[*Самуэль Армстронг Лэйн! Извольте подняться на ноги и привести себя в порядок, достойный доктора и джентльмена! (искаж. англ.)]
Доктор Лэйн — да, да, именно он, я признал, наконец, это лицо! — поднялся, всхлипнул еще пару раз, и ответил:
— My apologies, sir. This is all so unexpected! *
[*Приношу извинения, сэр. Все это так неожиданно! (англ.)]
Глава 22
Вот ведь новое знакомство!
Все время, пока мы с орком ехали в дормиторий, я думал о своем. Минут, получается, двадцать думал или все двадцать пять: Зая Зая тоже сделался задумчив, и гнал не под сто пятьдесят километров в час, а так, не больше ста.
Сначала я думал о том, насколько похожи и как сильно различаются между собой оба знакомых мне мир.
Здесь, на Тверди — и я был в этом полностью уверен — методика доктора Лейна работает не хуже, чем на Земле. Теперь стоило понять, почему ее не применяют повсеместно, и понимать было лучше не в одиночестве, а в хорошей компании.
Например, опричный егерь Кацман: что-то мне подсказывало, что киборг очень даже в курсе дела, а значит — сможет просветить и меня.
Затем — о том, что, будь я героем неяви, мастеру истории стоило бы набить лицо. Не бывает в жизни таких плотных сюжетов! Не может буквально в каждой сцене появляться новый значимый персонаж! Такое дикое переплетение линий смысла…
И, напоследок — минуты три, примерно — о том, что с доктором Лейном, он же — мастер надгробий Ухов — нужно было что-то делать. Скажем, брать его под крыло клана — и польза, и ответственность!
В ворота дормитория я въезжал уже этаким галльским авиатором: смешались в кучу принцы, лисы…
— На ловца и зверь бежит, — сообщил полковник Кацман. — Егерская поговорка. А вообще — есть до тебя дело.