Проблема крылась в том, что некоторые стихии меня не слушались, в том числе и Свет. Так что я не мог толком поиграться со спектрами и попробовать найти антипод Проклятью. Впрочем, подозревал, что Проклятье — это не Тьма, и Свет к нему не подойдет. Надо искать стихию Благословения, которой владели эти «краснокнижные» Радужные эльфы, которых почти всех истребили.
Больше времени возился со Звуковым Разрядом. Все пытался найти применение розоватой вибрирующей сфере. Получалось так себе. Нашел один полезный эффект — заклинание не только могло проходить сквозь объекты, но и через защиту проникало. После этого заклятье быстро теряло стабильность, но один слой преодолевало хорошо.
Одним утром я как обычно игрался с новым заклинанием, расходуя накопленную за ночь энергию. Точек равновесия у Молниево-Звуковой печати было множество. Я менял спектры, высчитывая их по формуле, и проверял, как меняется действие заклинания.
Как вдруг одна из версий заклинания стала показывать престранные эффекты. Розоватый молниевый шарик завибрировал сильнее обычного и начал источать непонятные завихрения.
Походило на радужные отблески, расходящиеся вокруг шарика, а внизу, под плавающей печатью, виднелось нечто вроде марева, как в жаркий день. Только обычно подобный эффект возникает над нагретыми объектами. Здесь же он почему-то шел снизу.
— Что это такое, мастер⁈ — округлил глаза Домовой.
— Ксарг его знает… — протянул я не менее удивленно.
Глава 17
Эльфы и Домовой с интересом наблюдали за изобретенным мной необычным заклинанием. При этом ранее подобного эффекта не наблюдалось. Молния-Звук по некой причине повел себя иначе, и я не мог понять, почему.
Я провел несколько тестов. Сталкивал с объектами, смотрел, как ведет себя вибрирующая сфера. Но ничего интересного обнаружить не удалось. Странные завихрения и радужное свечение никак не изменили заклинание. Разве что гудение стало чуть громче.
— Так, попробуем другую точку равновесия… — пробормотал я и начал изменять печать.
Вскоре мне удалось сформировать новый бледно-лиловый шарик, по поверхности которого гуляла звуковая рябь и порой проскакивали искры.
— Эффект исчез… — протянул Домовой, с любопытством разглядывающий плетение.
— Без тебя вижу… — хмыкнул я. — По крайней мере, теперь понятно, что эффект зависит от точки равновесия. Правильно подобранной комбинации спектров Звука и Молнии.
Я вернул в печать предыдущую точку равновесия, и стихии снова запели в унисон, выдав при этом непонятный эффект снизу. Я попытался осторожно провести рукой под шариком. Ничего особого не ощутил. Разве что слабые колебания воздуха. Да искровой разряд ударил в ладонь, когда я подвел руку слишком близко.