Ноги пробежали сами собой еще полтора шага и завалились в пыльную дорогу, а верхняя часть тела улетела в пшеницу.

— Демон! Помогите! — кричал один из мужиков, убегая и выкидывая все тяжелое, что было при себе.

Парень вернул свою прежнюю форму, сплюнул и пошел дальше.

Пусть бегут, твари. Еще время на них тратить. Все равно ни хорошего оружия, ни магических колец у них нет. Видимо, чтобы улучшаться эффективно, мне нужно будет брать задания посложнее.

Вдруг из пшеницы буквально выпала женщина, прямо на ноги Микки.

— Ой, извините, пожалуйста, не лишайте меня дневной нормы, — запричитала женщина.

Парень оторопел,

Хорошо хоть я сразу оружие не достал…

— Ты кто и чего делаешь на полях? — спросил он, помогая женщине подняться.

— Как что? Так вы не один из надсмотрщиков Анкара? — лицо женщины чуть изменилось на более спокойное, страх в глазах испарился.

— Нет, я пришел у него кое-что забрать, — с холодом ответил Микки.

— Только не говорите о том, что произошло, прошу! Иначе он лишит меня и дочь дневной нормы еды, — взмолилась женщина.

Такое ощущение, что она даже не слышала криков мужиков о помощи. Возможно, она настолько измождена, что уже не воспринимает реальность нормально.

Видимо, он заставляет людей работать на полях даже ночью и, судя по тому как женщина исхудала, еще и еды дает ровно столько, чтоб работники не сдохли. Тварь.

— Не беспокойтесь, все будет хорошо, — чуть улыбнулся парень и продолжил путь к дому.

Женщина сразу скрылась в зарослях пшеницы.

* * *

— Эй, старый, открывай! — Микки сильно постучал в дверь.

Тишина.

— Ты оглох там, Анкар⁈ Открывай! — крикнул парень и вновь сильно ударил пару раз по деревянной двери.

Свет зажегся сначала на втором этаже, затем огонек переместился на первый, послышались шаги, и дверь открыл пузатый мужик с черными волосами и факелом.

— Ты кто такой? Чего надо? Попрошайка? Ты знаешь, к кому пришел, клоп? Я… — мужик звонким громким голосом начал закидывать вопросами.

Микки сразу не понравился его внешний вид и голос, парень стиснул зубы и, не дав ему договорить, достал кинжал и приставил его к горлу Анкара. Тот попятился и уперся в дверь спиной.

— Эй, да ты… Как ты смеешь… Ох…кхра…! — мужик начал хрипеть и захлебываться кровью.

Микки перерезал фермеру горло, не дав сказать больше ничего.

Огромная пузатая туша Анкара свалилась с грохотом на деревянный пол, уронив факел, с которым он спускался.

— А теперь поищем золото… — Микки вошел в дом, оставив факел гореть на полу.

От смерти этого ублюдка все выиграют. Люди перестанут батрачить за еду, да и разбойники не досчитают своих денег. Они точно проворачивали какие-то дела здесь, а 50 золотых, о которых говорится в записке — это, видимо, их доля.