* * *

Глядя на то, как магический корпус шведов разваливается, я чувствовал удовлетворение. Эти твари пришли сюда убивать и уничтожать, так пусть получат своей же монетой.

«Эллор, начинайте», — я мысленно обратился к дракону, — «пусть эти твари получат по заслугам. Скажи Ермолову, пусть обрушит на голову шведов всю мощь нашей артиллерии. А магию пусть бережет пока. »

«Хорошо», — односложно ответил Эллор, а потом земля опять начала дрожать.

Вот только на этот раз снаряды полетели со стороны города. И пусть их было меньше, чем у шведов, но зато они были лучше. Вражеский лагерь вспыхнул так быстро, словно его полили заранее керосином. Горело хорошо, горело прекрасно. А значит, можно теперь идти в рукопашный бой. Посмотрим, как это понравится шведам.

Ударив в ладони, я обрушил лед вокруг, освободив легион. Напитав татуировку меча энергией, я выхватил клинок, и, создав себе гончую, забрался ей на спину. Что ж, пора напомнить кое-кому, что соваться на мою землю не стоило…



* * *

Хладоград.

— Так, ребятки, прекратить! — Ермолов остановил артиллеристов, и повернулся к Бьерну, — ну что, воевода, готов к веселью?

— Всегда готов, — Бьерн кивнул, — мои люди жаждут крови.

— И это замечательно! — Ермолов расхохотался, а дальше его тело покрылось песочной броней, и князь шагнул за стену. Приземлившись, он мысленно потер руки. Да начнется веселье!



* * *

Три часа спустя. Шведский лагерь.

Разгром. Полнейший разгром. Вот что получили в итоге шведы. Мы не просто уничтожили их, мы буквально втоптали их в землю, превратив гордую шведскую армию в стадо испуганных овец. Треть армии пала в ходе боя, почти тридцать тысяч человек убитыми и ранеными. Остальные попытались убежать, но парящий в небе дракон быстро погасил их пыл. В итоге теперь у нас есть пленные, причем в таком количестве, что я тупо не понимаю, что мне с ними делать. Слишком их много. Кормить такую орду дорого, да и не хочу я таким заниматься. С другой стороны, прямо сейчас мы нанесли шведскому королевству такое поражение, что их репутация наверняка упадет ниже плинтуса.

— Тезка, как же я рад, что ты вернулся! — голос Ермолова заставил меня выйти из размышлений.

Алексей Петрович был весь в крови, буквально с ног до головы, но зато довольный, как кот, объевшийся сметаны. Н-да, как мало оказывается нужно человеку для счастья.

— И я рад, княже, — я кивнул, — как раз вовремя. Правда, теперь нам придется убрать все это безобразие, как-то решить вопрос со шведами, что с мертвыми, что с живыми.

— Разберемся, тезка, — Ермолов улыбнулся, — разберемся. Главное, что один русский клан оказался сильнее целого королевства! Ты хоть понимаешь, насколько это важно?