Граф Бестужев.'

Полюбовавшись текстом своего сообщения, я нашел его хорошим, после чего прикрепил фотографию отрубленных голов и нажал отправить. Посмотрим, что старик скажет на такой перформанс с моей стороны, однако почему-то я уверен, это сообщение точно не останется без ответа.

* * *

Москва. Императорский дворец.

— Вот видишь, дядя, а ты переживал, — Василий начал ходить из стороны в сторону, прокручивая в голове слова великого князя, — наш пострел везде поспел, пятерых Библиотекарей, каково, а?

— Согласен, государь, достойно получилось, — Николай Николаевич кивнул, — однако нужно учесть тот факт, что на этом вряд ли все закончится. Архивариус придет в бешенство и пошлет другую группу, более многочисленную, и на этот раз парень может не справиться.

— Если это случится, мы ему незаметно поможем, — император усмехнулся, — однако есть у меня ощущение, что Бестужев нас еще не раз удивит. Талант, настоящий талант, в этом парне собраны все лучшие черты Бестужевых. Как раз то, что нам надо, особенно на фоне остальной нашей золотой молодежи, — император поморщился, — ладно, это уже не важно. Присматривайте и дальше за графом, в скором времени ему возвращаться в университет, где ему сделают очень хорошее предложение, — император многозначительно улыбнулся, после чего подошел к окну, — до чего же хороша сегодняшняя ночь, дядя, прямо как во времена моей молодости. Жаль, что меня там на севере не было, давно я хорошенько не веселился, некроманты не в счет.

* * *

Рим. Главная Библиотека.

Архивариус застыл у окна, держа в руках рабочий планшет. Письмо, пришедшее на почту аварийной связи, чуть не привело к уничтожению кабинета, однако в последнюю секунду старик смог взять себя в руки. Правда, настроение до сих пор было плохое, впрочем, а как иначе, после фотографии, на которой он увидел головы всей пятерки, отправленной по душу Бестужева. Да и сообщение, подумать только, этот наглец посмел над ним насмехаться, словно он не глава одного из самых серьезных орденов мира, а всего лишь какой-то старик.

— Учитель, — дверь в кабинет открылась, и Архивариус увидел Лоренцо, своего ученика и секретаря, — я разослал приглашения в остальные отделения нашего ордена, старшие Библиотекари смогут прибыть лишь завтра, не раньше.

— Хорошо, Лоренцо, благодарю, — Архивариус слабо улыбнулся, — еще раз приношу тебе свои соболезнования, Умберто был для меня как сын, но тебе он все же был отцом.

— Я в порядке, учитель, — сглотнув произнес парень, — отец знал, на что шел. Каждый из нас знает, на что идёт, учитель, и мы сделаем всё для того, чтобы орден процветал и дальше.