— Господин инструктор, а давайте учебный поединок, — я усмехнулся, — вы можете не жалеть меня, но если я выиграю, то больше не буду посещать тренировки. Как вам такое предложение?

— Хорошо, — мгновенно согласился он, — но если проиграешь, то будешь ходить каждый день. У нас не так много времени до турнира, надеюсь, ты об этом помнишь.

— Помню, — кивнув, я снял пиджак и положил его на лавку, — ну что, приступим?

Разумовский кивнул и тут же атаковал. Копье Тьмы, довольно серьезное заклинание, почти добралось до моего тела, но барьер выдержал. В ответ я ударил сразу тремя Ледяными Кулаками, и Разумовскому пришлось попрыгать, чтобы уйти от моих снарядов.

— Неплохо, — на его губах появилась довольная улыбка, — продолжаем! — после этих слов он вновь использовал облако, и Тьма накрыла всю арену.

Хм, мы это уже проходили, господин инструктор, на этот раз не сработает. Моя аура, которая стала еще больше, легко обнаружила Разумовского, а дальше я решил использовать новый прием. Прикрыв глаза, я потянул силу из источника, и когда энергия была готова вот-вот взорвать мне руку, ударил кулаком по песку. Громкий треск заставил меня открыть глаза, и я довольно улыбнулся. Во все стороны от меня пошла волна холода, а песок покрывался толстым слоем льда с такой скоростью, что у Разумовского не было никаких шансов. Через две секунды я услышал отборный русский мат, и Тьма вокруг меня исчезла, после чего я наконец-то увидел инструктора. Тот стоял на месте, впрочем неудивительно, когда твои ноги до колена в плену ледяных тисков, особо не побегаешь.

— Твоя взяла, Бестужев, — злым голосом произнес он, — но если проиграешь на турнире, пощады не жди!

— Не проиграю, — я улыбнулся и, щелкнув пальцами, заставил лед превратится в воду, которая тут же впиталась в песок, — вы были предсказуемы, господин инструктор, плохая черта для воина.

— Много ты понимаешь, — он покачал головой, — ладно, иди, тебя и правда нет смысла гонять по арене, с такой подготовкой ты большинство противников не заметишь. Но это не повод расслабляться, Бестужев, даже подмастерье может смертельно удивить мастера, помни об этом.

— Всегда, — я серьезно кивнул, прекрасно понимая, о чем он говорит. Сам же недавно таким образом упокоил магистра, так что Разумовский прав на все сто.

Покинув университет, я уже было собрался назвать Денису нужный адрес, когда телефон в моих руках завибрировал, и я увидел на экране фамилию Ветров.

— Слушаю.

— Алексей, здравствуй, не помешал? — голос капитана звучал устало.

— Нет, капитан, я как раз сел в машину, — я усмехнулся, — у вас ко мне какое-то дело?