— Поторопись, дядя, мне не нравится, когда в моей столице происходит такое, — в глазах императора промелькнула злость, — в твоих руках огромный аппарат сотрудников, используй их по назначению, но добудь мне доказательства, твердые доказательства, чтобы я смог отправить наглеца на плаху!

— Будет сделано, государь, — Николай Николаевич подскочил и склонился в глубоком поклоне.

— Сядь, — император отмахнулся, — лучше скажи, что там по Бестужеву, удалось узнать что-нибудь интересное о парне?

— Удалось, — великий князь облегченно выдохнул, с этим заданием императора удалось справиться куда быстрее, — он был в Петрограде и заезжал в гости к Гагарину.

— Вот как? — Василий удивленно хмыкнул, — неужели старый затворник решил вновь вступить в игру? Он ведь со времен моего отца в политике не участвует. И зачем наш дворянин ездил к нему?

— Когда Бестужев покинул дворец Гагарина, у него на пальце был новый перстень, — Николай Николаевич усмехнулся, — мне кажется, речь идет о родовой реликвии Бестужевых, она ведь была у Гагарина, если я не ошибаюсь.

— Не ошибаешься, — задумчиво произнес Василий, — очень интересно. Выходит, парень вернул себе перстень рода. Может быть, он у нас и на возвращение титула замахнется, что думаешь, дядя?

— Вряд ли, — Николай Николаевич отрицательно покачал головой, — его ведь сожрут с потрохами, одно дело быть дворянином Бестужевым, и совсем другое — графом. Если он получит титул, тебе придется вернуть ему деньги рода, но тогда все, кто имели зуб на Бестужевых, накинутся на него и разорвут на части. Один, без родовой гвардии, без сильных магов, я не дам ему и недели после получения титула.

— Возможно, — Василий медленно кивнул, — вот что, дядя, поставь-ка ты кого-нибудь, чтобы присмотрели за парнем, есть у меня ощущение, что он каким-то образом связан с Зубовым. Бестужев ведь конфликтовал с Островской младшей, ведь так?

— Ну, скорее с сыном барона Алмазова, но мы копнули чуть глубже, и удалось узнать, что именно девочка крутила Алмазовым, поэтому да, можно сказать, что Бестужев конфликтовал с ней.

— Вот и присмотри тогда за ним, — император усмехнулся, — парочки неприметных людишек будет достаточно, вряд ли парень пойдет бить морду Зубову. Хотя я бы на такое посмотрел, не скрою. Ладно, дядя, я тобой доволен, иди и работай дальше на благо империи.

Николай Николаевич вновь поклонился и покинул кабинет императора, радуясь, что на этот раз ему не пришлось прочувствовать на себе гнев императора.

Когда дверь за великим князем закрылась, император посмотрел на противоположную стену, и одна из панелей отошла в сторону, выпуская невысокого человека с максимально заурядной внешностью. Такого, если встретишь в толпе, то тут же забудешь, и только глаза выдавали в нем совсем не простого обывателя. Серого цвета, в них плескалась сталь, такой взгляд больше подходил матерому убийце, а не простому горожанину.