— Тогда мы пройдемся по лагерю, — с улыбкой произнесла Макошь, и через несколько секунд она с Перуном шли по территории, рассматривая обычных бойцов, которые занимались своими делами.

— Что думаешь о князе? — отойдя довольно далеко от палатки, Макошь остановилась, — такое ощущение, что ему плевать на то, будем ли мы помогать или нет.

— Так и есть, — Перун кивнул, — и я его понимаю, сестра. У князя мощная армия под рукой, а еще несколько идут на помощь. Зачем ему боги, если он и сам может справиться с задачей, ведь если победа будет одержана благодаря нам, славы ему не достанется. А насколько я знаю, Демидовы любят славу, хоть их и считают затворниками.

— Нужно расположить его к себе, — Макошь кивнула на бойцов, которые чистили оружие, — судя по всему, они сильно уважают его, а значит, нам будет проще расположить к себе всю армию. С такой поддержкой мы получим куда больше силы, чем от обычных храмов, сам знаешь, на поле боя энергии всегда в разы больше.

— Свое-то я получу в любом случае, — самодовольно произнес Перун, — в бою солдаты так или иначе будут отдавать часть своей силы мне.

— Я знаю, — спокойно ответила Макошь, — я тоже не останусь без силы. Вот только нам надо сделать так, чтобы, когда они вернутся домой, то продолжали нам молиться. Понимаешь, брат?

— Понимаю, — Перун кивнул, — что ж, тогда за дело. Пройдись по людям, поговори с ними, узнай настроения, а я пойду в сторону французов. Хочу понять, насколько сильны последователи Бездны, которые помогают французам. Если их много, придется звать на помощь остальных, иначе нам хана.

Макошь кивнула и пошла дальше, а Перун развернулся и направился к выходу из лагеря.

* * *

Москва. Аэродром.

— Добрый день, ваша светлость, — рослый офицер встретил меня у ворот аэродрома, — нас предупредили насчет вас. Меня зовут Геннадий Исаев, капитан имперской армии.

— Константин Распутин, — я пожал руку капитану, — тогда проводите нас к дирижаблям, надеюсь, отправление скоро?

— Через час, — капитан глянул на часы, — как раз заканчиваем загрузку, ну и ждем последних людей.

— Прекрасно, — кивнув, я подал знак Тихону, и через пять минут наши броневики остановились у огромного грузового дирижабля. Гигант еле заметно колыхался на ветру, даже боюсь представить, сколько стоит построить такого.

— Господин, — рядом возник Тихон, — сейчас наши бойцы загрузят наши вещи, мы же пока можем перекусить, если вы не против.

— Не против, — я улыбнулся, — а что, есть чем подкрепиться?

Тихон кивнул, и через минуту на капоте разложили чистое полотенце, на котором появилось мясо, хлеб, вино, в общем, джентльменский набор путешественника. Перекусив, я запил все это дело вкусным красным вином, пока наши дружинники грузили ящики с оружием и броней, в общем, каждый был занят своим делом. А через сорок минут мы поднялись на борт, и, присев на жесткую скамейку в грузовом отсеке, я прикрыл глаза и вновь погрузился в медитацию, пока наш дирижабль медленно поднимался в воздух.