Между тем Александр Михайлович прервал затянувшуюся паузу и, переведя взгляд обратно на меня, продолжил:

— В общем, мой брат посчитал, что в Фоминском парке тебе просто повезло застать врасплох Одержимого с помощью своих боевых искусств. Им часто свойственна заносчивость и недооценка противника, так уж на них влияет изменённая амина. Не могу его винить за эту ошибку, на его месте подумал бы так же. Впрочем, решение брата тогда не означало, что мы выпустили тебя из поля своего зрения. Отчасти твой контракт по охране Марии был моим желанием разобраться лучше в твоих возможностях. И судя по тому, что ты сегодня показал, моё чутьё не подвело. Один раз всё можно списать на удачу и случай, а ты спасаешь мою дочь от сильнейших Одержимых уже во второй.

Отнекиваться нет смысла, он прав. Потому я просто молчал, ожидая, когда Александр Михайлович вытащит свой главный козырь и заодно объяснит, что же он от меня хочет. Мужчина же, не отрывая от меня взгляда, берёт со стола небольшую синюю папку и задумчиво вертит её в руках.

— Андрей, мы долго наблюдали за тобой. Аккуратно, конечно. Твоя чувствительность — это интересная способность, но не настолько, чтобы полностью защититься. Твой уровень понимания боевых искусств, очевидно, ушёл далеко от тех же Щитиновых или Вербовых. Эти две семьи считаются у нас самыми продвинутыми в плане изучения боевых искусств. Заставляют своих детей с низким магическим потенциалом изучать их, чтобы хоть как-то усилиться.

Александр Михайлович поморщился, демонстрируя своё отношение к такому подходу. Отчасти я его понимал. Оценка потенциала была лишь примерной и тем самым обе семьи, с точки зрения магов, ставили крест на карьере своих отпрысков. Ещё и пользуясь до кучи дефектными навыками. Перед моим мысленным взором тут же появилась Зинаида, скорее всего, она принадлежала к младшей семье этих Вербовых или Щитиновых.

— И сейчас нам нужно именно твоё понимание боевых искусств, — продолжил тем временем мужчина, протянув мне ту самую синюю папку. — Вот взгляни на это.

Секунду я вопросительно смотрел на собеседника, после чего протянул руку, взяв папку. Тонкая, всего на пару листов, не больше. Открыв её на первой странице, я замер, не веря собственным глазам. Лишь огромным усилием мне удалось подавить дрожь во всём теле. Это являлось последним, чего я ожидал увидеть. На первой странице находилась лишь одна большая фотография, на которой был запечатлён храм школы Меча. Не узнать одно из главных строений моей школы было попросту невозможно.

Это, несомненно, была точная копия храма. Почему копия? Присмотревшись, я начал видеть серьёзные отличия от настоящего, на стенах не были установлены скрижали законов, каменные изображения мечей по всему храму находились частично не на своих местах, и много ещё каких мелких различий. Но сам факт появления этого невероятного строения ошеломлял. В голову ничего другого не приходило, кроме как предположение, что кто-то из братьев или сестёр спасся. Не только мне одному повезло избежать растворения в пустоте! Эта мысль ударила в голову ничуть не хуже хмеля.