— Что-то такое я и предполагал, — он стал мрачнее тучи.

— Но! Я сейчас сделаю вам предложение, а потом вылечу. Бесплатно. Независимо от вашего решения, раз уж я сегодня оказался здесь, хочу помочь, — я давно уже решил помочь этому человеку в любом случае. — Так вот, предложение у меня такое: у меня есть свой отряд охотников, мы зарегистрировались совсем недавно, но уже кое-какие успехи у нас имеются. Нам очень нужен человек с вашими навыками, так что я предлагаю вам вступить в наши ряды, перейти под моё командование. Вскоре я войду в гильдию целителей, а также моя цель — получение титула. До этого далеко, но, когда это произойдёт, в чём я нисколько не сомневаюсь, мне понадобятся верные люди и гвардия. Я хотел бы видеть в их числе кого-то вроде вас. Думайте, а я пока займусь вашими ранами.

Просканировав его, я определил, что мне понадобится четырнадцать лет для полного излечения. Много? Да. Стоит оно того? Не знаю, но просто хочу помочь. Сердце подсказывает мне, что это будет правильно.

Я приложил ладонь к его голове и активировал дар. Вновь появилось знакомое свечение, и в этот раз оно действовало довольно долго, около десяти минут. Дело в том, что пришлось работать с нервной системой, а это один из сложнейших элементов человеческого организма, наравне с мозгом, который, кстати, тоже пришлось слегка затронуть. В прошлой жизни я долго учился справляться с подобными травмами. Вернуть каждый нейрон в нормальное состояние — это не две кости срастить. Но сейчас я прекрасно умею это делать, так что в успехе я не сомневался.

Вскоре всё было закончено. Ментальное здоровье Егора восстановлено, и стопа тоже отросла. Он сел на кровать и неверяще пошевелил ногой, потом вскочил, попрыгал на месте, присел пару раз, отжался и разрыдался, словно маленький ребёнок. На его слëзы прибежала жена с кухни, и они принялись плакать уже вдвоём.

Я терпеливо ждал, сидя на стульчике и давая им время на выход эмоций. Опытный военный взял себя в руки довольно быстро, после чего подошёл ко мне и упал на одно колено.

— Приказывай, командир!

— Это значит «да»? — спросил я скорее для проформы, и так всё было понятно.

— Да, я готов принести клятву верности. Служить человеку, который способен на такое и готов помогать людям — это честь для меня, — вот такие возвышенные речи я, если честно, не особо люблю, но, скорее всего, он по-другому не умеет.

— Ты о чем, Егорушка? — вступила в разговор его жена.

— Я буду служить Максиму Сергеевичу, дорогая, — он повернулся к ней и вкратце объяснил ситуацию. — Ты, я надеюсь, не будешь возражать?