Он не знал, что мои навыки — не результат тренировок, а наследие амулета, висевшего на шее. Я чувствовал, как древний артефакт слегка нагрелся, словно реагируя на разговор.

— Я не уличный боец, — попытался возразить я.

— Брось, — Хромой махнул рукой. — Может, ты и не профессионал, но уж точно не новичок. Я вижу, как ты двигаешься — слишком плавно для обычного работяги. Слишком точно. У тебя явно есть опыт уличных драк.

Я пожал плечами, стараясь выглядеть равнодушным:

— Вырос в неблагополучном районе. Там либо учишься драться, либо не выживаешь.

— Верю, — Хромой кивнул, но в его глазах читался профессиональный интерес дельца, оценивающего товар. — Тебе нужны деньги, это очевидно. Много денег. Думаешь я не знаю, что вы с сестрёнкой постоянно спрашиваете о пограничных переходах. Хотите покинуть страну, верно?

Он попал в точку — мы действительно искали способ пересечь линию фронта, хотя и не распространялись об этом.

— Мне не интересно куда и от кого вы бежите, — продолжил Хромой, видя моё молчание. — Каждый имеет право на свои секреты. Но я могу предложить тебе способ заработать на билет в любой конец Империи. Или даже за её пределы.

Я промолчал, что было красноречивее любого ответа.

— Три боя, — контрабандист поднял три пальца. — Выиграешь три боя — заработаешь на настоящие документы и пропуск через линию фронта. Если, конечно, останешься в живых.

— Если? — впервые подала голос Кристи. — То есть, люди там умирают?

Хромой пожал плечами:

— Случается. Но редко. Обычно всё заканчивается переломами, сотрясениями, выбитыми зубами. Ничего смертельного… для большинства.

Я посмотрел на Кристи. Она едва заметно покачала головой.

— Мне нужно подумать, — сказал я.

— Конечно, — Хромой усмехнулся. — Думай до завтра. Потом предложение сниму.

Мы молчали всю дорогу до нашей комнаты. Лишь когда дверь закрылась за нами, Кристи взорвалась:

— Ты же не собираешься соглашаться? Это безумие!

— У нас нет выбора, — я устало опустился на продавленную кровать. — Денег едва хватает на еду. О настоящих документах можно даже не мечтать.

— Да, но драться насмерть…

— Не насмерть, — возразил я. — Это обычный жесткий мордобой.

Кристи покачала головой:

— А если противник окажется сильнее? Если тебя искалечат?

Я невольно коснулся амулета под рубашкой.

— Я справлюсь, — сказал тихо, но уверенно. — У меня есть преимущество.

— Амулет? — она поморщилась. — Ты слишком полагаешься на него.

Возможно, она была права. С момента нашего бегства из столицы я практически не использовал амулет — слишком опасно, слишком заметно. Но в бою… Никто не заметит, если я воспользуюсь боевыми навыками предков. Подумают, что я просто хорошо обучен.