Алекс произнёс это без зависти и возмущения, как когда-то Брайс. Я удивился, ведь они были похожи не только внешне, но и характерами. Сейчас меня вообще не волновало то, как брат себя вёл или что говорил мне хоть в той жизни, хоть в этой. Мне нужны были люди и чем больше, тем лучше.

— Я поговорю об этом с прадедом, — ответил я. — Нам нужно больше людей… Не только на Совете, но и вообще.

— Понял, — Алекс кивнул. — Кажется, грядут перемены?

— Ты о войне? — я чуть приподнял бровь. — Войны не будет. По крайней мере пока.

— Дай Предвечный, — Алекс покачал головой. — Я лишь хотел работать в своё удовольствие, раз уж место наследника мне не светило, а ты у отца был в фаворитах.

— Не думай, будто быть наследником один сплошной праздник, — хмыкнул я.

— Мартин сказал, что на следующем Совете объявит тебя наследником. После…

— Допроса, я знаю. Это нормально.

— Я тоже пройду допрос, — вставил Алекс. — Хотя меня здесь и не было, но не хотел бы, чтобы кто-то считал, что я имею отношение ко всему этому… А Брайс…

Алекс запнулся — ему неприятно было говорить об этом.

— Всё в порядке. Ты не мог знаю и отвечать за него.

— А ты сильно изменился, братишка. Я будто тебя несколько лет не видел, — Алекс усмехнулся.

— Можно и так сказать.

От разговора с братом меня отвлёк звук подъезжающей к главному входу машины. Эмилию Нокс и Эдварда выше встречать Эйл.

— Господин Айон ожидает вас, — он подал руку и Эмилии и кивнул Эдварду.

Я подошёл к ним. Эмилия выглядела измученно и устало. Как бы она не относилась к Виктору, его смерть всё же повлияла на неё.

— Добрый день, юный господин Айон, — устало произнесла Эмилия и даже не обратила внимания на стоящего неподалёку Алекса.

— Добрый.

— Вы присоединитесь к нашему разговору?

— Конечно, — ответил я.

Эмилия хотела сказать что-то ещё, но передумала, когда заметила Алекса. Эйл проводил их ко входу, а остался на улице, понимая, что наступил момент, когда начинается решающий этап.

Сейчас я ещё лучше понимал, почему Алиас сказал, что поведение и внутренние порывы можно откорректировать в случае чего — мне хотелось просто разорвать Веберов и Юдалл на куски, как и тогда, в годы сопротивления.

Я улыбнулся себе — нет, так просто они не отделаются. С моей стороны это было бы даже слишком милосердно.

— Я пойду, — я взглянул на Алекса.

— Не забудь о моём праве голоса, — напомнил брат.

— Хорошо.

Я не стал переодеваться или как-то обдумывать предстоящий разговор. Я и так знал, что нам необходимо сделать — вместе с наёмниками проникнуть к Муррей, взять того, кто даст показания, забрать компромат. Эмилия, похоже, смирилась с тем, что в этой игре она ведомая, а не ведущая. Я, конечно, не сомневался в том, что позже она может снова решить извлечь для себя больше выгоды, но сейчас ей просто некуда было деваться.