Рудольф медлил. Он сейчас был, словно пёс, который сорвался с цепи и не знающий, что дальше делать, и на кого нападать.

Их атака была слаженной, в ней угадывалось не раз отработанная схема. НахВас закрылся щитом и попытался влететь в меня им, и скорее всего, оглушить или повалить на землю.

Вигор, словно дровосек следом за товарищем размашисто хотел нанести удар алебардой.

Щит я встретил посохом и кинжалом, а вот от алебарды пришлось уходить, отпрыгивая назад. Здесь-то меня и ждал Рудольф. Его щит влетел мне вбок, и я получил мощный удар. От такой встречи со щитом я чуть не удержался на ногах и не припал на одно колено.

Наложен дебаф! Оглашение. 2.5 секунды.

Тело оцепенело, и не двигались. А тройка игроков начала активировать на мне свои боевые умения.

Кираса глотала урон, пока моё тело снова не стало двигаться.

Выкрикнув, что-то не цензурное, я влепил по ним кольями и рядом со мной в нелепых позах остолбенели мои враги. После чего просто нанёс удар посохом по Рудольфу.

Домага от предмета хватило бы на три-четыре удара до полного его обнуление. Я же нанёс всего два, и когда его жизнь влетела в край жёлтого сектора, переключился на его товарищей.

Тут все было ещё проще. Ткнув одного кинжалом, шарахнул в него молнией, электрошок зацепил только Вигорда и Нахваса, а потом по одному удару каждому посохом и они также в жёлтом секторе здоровья, что вплотную подобралось к красной зоне.

А дальше было то, что я ожидал. Вскочив на ноги, они рванули в те кусты, откуда и выползли.

Я же дал им уйти, больше не нанося ни единого удара. Когда неудачные налётчики исчезли в своей засаде, я быстрым шагом пошёл дальше, правда всё же был наготове, мало ли эти придурки решат повторить выход на бис.

Город уже был очень близко. Осталось всего-то ничего. Миновав оставшееся расстояние пути за полчаса, вошёл в ворота изначального.Была поздняя ночь. Свет на улицах давали и фонари, что работали, не пойми на чём. На улицах было хоть и людно, но всё же игроков было маловато.

Зайдя в первый попавшийся трактир, я снял комнату на ночь и быстро прошёл в нее, где и рухнул спать.

В кабинете Дмитрия Евгеньевича была напряженная обстановка. Его собеседник пожилой мужчина сидел на стуле и смотрел на него выцветшими серыми глазами. Сам мужчина был высок и худ, жидкие седые волосы были зачёсаны назад, а острый нос поддерживал очки. Тонкие губы, то и дело кривились, словно в пренебрежении.

Мужчина скрестил худые пальцы рук и пристально впился взглядом в своего собеседника.

— Дмитрий. Пойми меня правильно. У нас с вами договорённости. Меня интересует ход дела. Прошёл месяц, как всё началось. Я щедро спонсировал вас и заминал негодование по этому вопросу.