В кокпите было тесно, рядом с Клэ-Р сидели Авель и селк. Скелет, понятно, пировать не мог, но в беседе участвовал, пальцами тыкал, зубами щелкал. Ребра ему подремонтировали, но одна прореха осталась — та раскрошившаяся косточка где-то в галереях Хомпа осталась. Клэ-Р понимала, что теперь всегда на человечьи останки будет странно смотреть — запчасти ведь.

Пашка-Пауль баловался, пытаясь «стрельнуть» косточкой за борт, как ему неосмотрительно показала одна из мам. Сам он был по уши в сладком соке. Рататоск грозила взять дитя за ноги и прополоскать за бортом — надо думать, некромантка не совсем шутила.

Потом гиане начали подарки дарить. «На удачу-уууу», как сказал Сиге. Сестры очередную пару перчаток выдали. В запасах оставались только рабочие, но щеголихи «Квадро» и работали в таких, что иная благородная дама Авмора не постеснялась бы и в город надеть. Бойцы поднесли браслеты: почти две дюжины, и серебряные, и кожаные, и старинный с камнями черными. Наверное, все судно обыскали.

— Спасибо. Как раз думала, чем руки поганые прикрыть, — поблагодарила Клэ-Р.

— Э-э, кожа твоя выправится. Пусть и не быстро. Но побрякушки потом не выбрасывай — пусть серебра тут и мало, но от сердца дарим, — многозначительно сказал, свежеподстриженный почти наголо, красивый Лелг.

— Вот ты бухтерешь, будто с амарой портовой сидишь, — обиделась гиана, а Авель погрозил разведчику сухим кулаком.

Высадили Клэ-Р на каменистом пляже. Светало, до окраины Краснохолмья было рукой подать. За спиной плескали весла, а гиана, не оглядываясь, зашагала по узкой тропке. За камнями пришлось остановиться, положить мешок и вытереть глаза. Вот же слабое место у ночной дарк.

* * *

До столицы гиана добиралась довольно долго, но без особых сложностей. Когг «Фонарь» неспешно следовал вдоль берега, собирая в рыбацких деревушках бочки с солеными моллюсками-южками. По весне они считались особенно вкусными, и в Глоре их перекупали хорошо. Трюм «Фонаря» попахивал специфически, но в капитанской каюте держался аромат сладковатых благовоний, постель была удобна, а ее хозяин особыми странностями в радостях не отличался. Клэ-Р много спала, слушала крики чаек, приводила в порядок одежду и развлекала господина капитана. Особого труда это не составляло, вот только отвыкла гиана мужчин радовать. Мысли разные в остроухую голову приходили. Может от этих мыслей неуместных, Клэ-Р вздумалось порадовать и приказчика, что товар считал-принимал. Странно, но та глупость мгновенная даже чем-то приятна оказалась. Хотя, конечно, не сравнить.