В ярости распахнув дверь он выскочил на крыльцо, тут же принимая атакующую стойку и оглядываясь по сторонам.

Метель, бушующая здесь была настолько сильна, что дальше двух-трех шагов нельзя было ничего различить. А самое главное никаких противников, да и вообще ничего не наблюдалось, за исключением, пожалуй, глубокой тройной борозды, пропоровшей дверное полотно от верха и до самого низа на глубину двух-трех пальцев. Причем судя по борозде, прочерчена она была как минимум лапой ледяного дракона. Вот только кроме нее никаких следов не на крыльце, ни на подходах к нему не имелось. Еще раз вглядевшись в бушующую стихию, несколько успокоившийся мужчина пожал плечами, не понимая произошедшего и повернувшись уже собирался войти в дом, как заметил слева от двери, у самых балясин ограждающих крыльцо перил, небольшую корзинку до самого верха набитую какими-то тряпками и уже слегка присыпанную снегом. Отставив в сторону меч левой руки, он удивленно склонился над корзинкой и попытался пальцами поворошить тряпье, сложенное там. И вдруг к своему огромному изумлению услышал детский писк, раздавшийся из этого самого тряпья. Моментально он, отбросив все свои сомнения подхватил корзину и с криками: «Наина! Наина! Иди скорее сюда!» ворвался в дом.

В прихожей, уже облаченная в легкую фарадиевую кольчугу тройного плетения, в кожаном шлеме и с боевым посохом колдуньи в руках его встречала супруга, так же услышавшая скрежет и приготовившаяся защищать свой дом всеми доступными ей средствами.

Увидев в руках мужа корзинку и заметив среди разворошенных пеленок краешек детского личика, она моментально осознала произошедшее и на мгновение замерла, схватившись за сердце. «Неужели боги услышали мои мольбы⁈» — подумала она, а мгновеньем позже выхватив у мужа корзинку, и сунув мужу свой посох, со словами: — «Закрой дверь, дурень!» — помчалась в сторону кухни.

Айван быстро выскочил на крыльцо, еще раз попытавшись что-то разглядеть, но не найдя ни чьих следов, подхватив оставленный на крыльце меч, вернулся в дом. Закрыв за собой дверь и накинув, на всякий случай, засов, положил на небольшой столик находящийся у двери свои мечи и прихватив с собою врученный ему посох, поспешил следом за женой.

Догнав ее в столовой и пристроившись чуть сбоку и сзади, Влом жадными и глазами разглядывал, как его жена нежно и бережно разворачивает из пеленок подброшенного к их двери ребенка. Таких счастливых глаз у своей супруги он не видел со дня их свадьбы. Да и сам млея от восхищения во все глаза всматривался в действия своей супруги.