Сияние Разума, привет! У них есть все, но нет тебя! Ты можешь мне помочь?

«Оно не разумно, это лишь…»

Я не дослушал.

Запрос к Конструктору, запрос к Сердцу Пламени, запрос к Универсальному Эффектору. И короткий толчок в сторону Милы, теплого солнца, упрямо пылающего рядом.

«Что ты творишь!» Закричал Миро.

То, что произойдет сейчас, Индику не нравилось, но сделать он ничего не мог.

С моей левой руки сорвались нужные частоты, направляясь к Миле.

Сирена поддержала меня, рассеянный акустический удар подхватил мои частоты, понес их с собой, многократно усилия. Чистая энергия Основы миров дрогнула, частоты ауры Обочины изменились, едва, чуть-чуть. Этого хватило, чтобы уснувшие было твари пробудились. Распадающиеся гармоники пропитывали округу, выводя тварей из равнодушного созерцания происходящего.

Удар энергии отшвырнул близко подобравшегося Индика, я сделал это не глядя.

Следующая волна. Мила замерла, принимая частоты, одну за другой. Теплое солнышко вспыхнуло энергией.

Следующий удар был страшен. Нота, которую пела сирена, была лишь помощью для потока энергии, лившейся от меня к ней. Структурированной энергии, пробуждающей тварей, зовущей их сюда, к нам. Ближе, ближе!

А дальше сработало Сияние Разума.

Я до конца не понял, что сделал Конструктор. Частоты, окутавшие защиту Индиков, замаскировали нечто, что было свойственно только нам. То неощутимое, что позволяло таким, как мы, безопасно проходить через Обочину.

Они стали обычными людьми.

Я подхватил Киру, и прыгнул к Миле, накрывая всех нас Щитом.

Индики бросились ближе, я выбрал самого близкого, и швырнул его телекинезом назад, как можно дальше.

Паук, соткавшийся из земли, поймал летящее тело тонкими острыми щупальцами. Щит Индика моментально вспыхнул пламенем, сжигая тварь. Изящная, похожая на фарфоровую статуэтку ящерица проткнула Индика хвостом, и тоже сгорела. Птица, сложив кожистые крылья, спикировала с неба, когти вспороли Скорлупу и вырвали кусок плоти.

Чудовища рвали Индика на куски, тот отмахивался живым клинком. Во все стороны плескала кровь, летели отсеченные конечности и части тел, вспыхивало яркое, короткое пламя.

Ещё один удар, занесший живой клинок Индик кубарем летит на десяток метров прочь. Замершая ящерица срывается с места, ловит пытающегося подняться Индика. Когтистые лапы обдирают плоть с костей, Танцор Плоти бьет в ответ, перерабатывая части тела ящерицы. Мышцы нарастали на сероватые, блестящие металлом кости.

Твари сбегались, слетались, сползались со всех сторон. Гибкая, ярко-алая многоножка пронеслась мимо меня, окутала последнего Индика, свалила на землю.