— Похоже ты не особо переживал по этому поводу, — заметила Тара, кивнула на записки мертвого колдуна в моих руках. — Гляжу интересное чтиво, ты даже головы не поднимал, пока ехали.

— Я знал, что все будет нормально, — ответил я, пожав плечами. — Зачем отвлекаться, мучаясь бесполезными переживаниями?

Воительница лишь хмыкнула на прозвучавшую ремарку. Несколько раз по дороге я ловил на себе ее пристальный взгляд, словно раздумывала не совершила ли ошибку, передав мне записки мертвого мага. Будто считала, что получив в руки знания тут же захочу занять место хозяина Мертвого Урочища, превратив наемников в послушных марионеток, как это сделал погибший колдун.

Это было настолько отчетливо видно, что пару раз подмывало пошутить, заверив, что ничего подобного делать не собираюсь, потому что не особо люблю дубы. Вот если найдем другое, более приятное место, тогда возможно. Но понимание, что суровые вояки могут не оценить юмор, в последний момент останавливало. Не слишком охота получить удар тяжелым мечом в ответ на неудачную шутку.

— Пойдет снег, — уверенно заявил один из наемников, все время державшийся рядом с Тарой.

Это был Глен, тот самый мечник, не побоявшийся атаковать колдуна в одиночку. То, что он решился на это после заверений, что маг его прикроет, остальные не знали, да и вряд ли кого это заботило, главное факт — когда надо боец не струсил и атаковал колдуна, не испугавшись смертоносных чар. Это повысило авторитет Глена в отряде, позволив занять место номинального помощника рыжей.

Я взглянул на низкие тучи, ощутив, как порыв холодного ветра заставляет плащ прижиматься к телу, вздохнул. Непогода и правда разыгралась, если пойдет снегопад, нужно искать укрытие. Обустраивать ночлег в метель на открытом пространстве будет сложно. Словно вторя моим мыслям Тара заметила:

— Надо найти, где укрыться, не хочу ночевать в сугробе.

Глен закивал, согласный с воительницей.

— Пусть двое поскачут вперед и найдут что-нибудь подходящее, — велела Охотница.

Наемник пришпорил коня и умчался в голову колонны. Я аккуратно раскрыл тетрадь на оставленной странице, собираясь продолжить чтение, но рыжая не дала этого сделать.

— Я пыталась прочитать, что там написано, но ничего не поняла, — призналась она.

Голос прозвучал нейтрально, словно хозяйку не интересовала тайны черной тетради. Что явно не так, притворяться воительница не умела.

— Угу-м, — промычал неопределенно я, желая вернуться к чтению. Но рыжая валькирия оказалась настойчивой.

— На каком языке это написано? — поинтересовалась она.

Мы ехали стремя в стремя, лошади шли неспешно, экономя силы. Слева начал подниматься пологий склон, плавно уходя на вершину холма, справа простиралась равнина с поблекшей травой после осенних заморозок.