Генриетта Барлоу, вероятно, была самой никудышной проституткой города. И, вероятно, самой красивой. На неё постоянно клевали. На неё засматривались и днём, и ночью. И взгляды эти были самыми разыми, в зависимости от времени суток, от восторженных до похабных. Конечно, девушка такой красоты и воспитания не должна была заниматься этим ремеслом, но порой жизненные обстоятельства бывают гораздо сильнее.

Пройдя ещё несколько шагов, Генриетта остановилась у пекарни. Ещё издалека она почувствовала потрясающий аромат свежевыпеченного хлеба. Пекарня работал круглосуточно, чтобы начать отправку первых партий хлеба с самого раннего утра. Запах выпечки игриво щекотал ноздри, ввинчивался в нос и сводил с ума, дразня вкусовые железы. Девушка непроизвольно пошарила в карманах кофточки, в надежде, что отыщет хоть завалящуюся монетку. Но последние деньги она потратила ещё позавчера и с тех пор сидела на мели. В сумочку она заглядывать не стала. За исключением нехитрых женских вещичек в ней ничего не было, ни единого пенни.

Генриетта стояла перед калиткой, ведущей во внутренний дворик изобилующей соблазнительными запахами пекарни, и никак не могла себя заставить идти дальше. Она знала, что если в ближайший час ничего не поест, то просто-напросто упадёт на холодные, безразличные к её мучениям камни тротуара. Голод терзал её желудок и туманил голову. Ну что ж, Генриетта решительно сжала кулачки, этой ночью ей придётся отработать по полной программе. Сейчас ей казалось, что ради куска хлеба она готова на что угодно, готова выполнить любой каприз самого прихотливого клиента. Если бы только эта решимость не испарилась, когда настанет пора преступить от слов к делу!

Отринув последние сомнения, Генриетта толкнула незапертую калитку и пошла по хрустящей мелким гравием дорожке к приземистому двухэтажному зданию пекарни, из открытых окон которой выбивался свет и восхитительные ароматы свежей выпечки. Тут же, на подъездной площадки стояли три грузовых кареты, предназначенные для развоза хлеба по магазинам. Но девушка знала, что купить хлеб можно и прямо здесь. Стоит только подойти вон к тому окошку с широким лотком вместо подоконника и… И попробовать договориться. Осталось только надеется, что продавцом окажется мужчина.

На полпути к заветному строению её перехватил бдительный сторож — средних лет грузный мужик в холщовой куртке и брезентовой широкополой шляпе. Он вырос словно из-под земли, вынырнув из ночного сумрака и остановив девушку недвусмысленным жестом.

— Эй, дамочка, стоп-стоп, куда это вы намылились? — он замахал перед носом Генриетты руками. — Это частная территория, и посторонним вход воспрещён!