Я и слова не успел сказать, как за нас все уже решили. Якову в руки вручили большую вазочку печенья и указали рукой в сторону комнаты ожидания. Некоторое время мы шли молча.

— И что это сейчас было? — произнес я задумчиво — она твоя родная тетя?

— Да… из нашего рода в род Синицыных ушла, то дело давнее — махнул рукой Яков — но все равно с нами связь держит. Заведующая тут.

— Понятно.

— Ну, вообще-то она добрая, но… — Яков оглянулся и тихо продолжил — строгая — жуть. Лучше ей не перечить, а то потом для профилактики болючий укол поставит или за ухо отдерет, а то и полы мыть заставит. Поэтому сам понимаешь…

— Понимаю — с ухмылкой ответил я — как думаешь, они правда быстро брата на ноги поставят?

— Ну, если тетя сказала, что поставят, значит поставят. Тут ведь они самые сложные случаи, еж их благослови, вылечить могут. Все зависит от регламента и их желания с ресурсами, которые они готовы выделить. Ну тут как, железным ничего особо не светит, могут неделю или две валяться. Разве что сдохнуть не дадут… Ну или калекой по возможности не оставят. А вот золотых, чтобы им еж в тапки покакал, они за день поднимут из полумертвого состояния. Регламент-с. Вон, говорят после вашей потасовки с Часовских они позвоночник Желонкина полвечера по кусочкам… — Яков как-то осекся и закашлялся.

— Не любишь золотых? — решил я перевести тему.

— А что их любить? С золотой ложкой в попе родились, еж их дери. Пупы мира, так сказать. Хотя людей чести и правды — единицы. Отец говорит, что раньше золотые были элитой. А щас…? Деньги есть, связи тоже. А вот мужества и чести… Ладно, что уж тут говорить, еж их покусай — Яков как-то замолчал и задумавшись, вдруг хлопнул себя по лбу — Мы же жрать забыли взять! Ну… я хотел сказать — поесть. Просто, ну это, после регенерации и восполнения энергии Артур захочет столько кушать, что иначе как жрать — это не назвать. К-хм.

— Хм, а если в столовку мне сходить? Или может заказать чего?

— Неее, столовая уже закрыта, да и не дадут вынести. А заказать в нашу школу не получится.

— Может тогда это печенье сгодится? — мы к тому времени уже вошли в комнату ожидания и расположились за столиком с удобными кожаными диванами.

— Кто сказал печенье? — раздался голос брата из-за угла и вскоре появился наш герой. С головы до ног замотанный в бинты, а поверх бинтов — больничные штаны и рубашка.

— Ну ты и красавец, братишка… — протянул я.

— А то, конечно! Я красивее — со смехом ответил он.

— Мне вот интересно, если моего брата заменить на мумию в музее… Как ты думаешь Яков, заметит кто-то подмену? — я оценивающим взглядом прошелся по фигуре брата.