Я долго наблюдал за «допросами», в том числе через духовный взор, и медленно в моей голове созрела и закрепилась одна мысль… Этот некромант умудряется каким-то образом подселять в пустые тела призванные им души. Этим душам плевать на чувства и желания бывшего владельца тела, и они готовы ради освобождения сделать всё, что требует от них некромант. Если, конечно, им хватает понимания заданных указаний.
В общем, пока я наблюдал, как некромант раз за разом подселяет чужие бренные души, я понял, что, в общем-то, могу сделать нечто подобное! По крайней мере попробовать. В общем, для моей духовной силы нужен «якорь», что проникнет в незанятое тело. Для этого подойдёт любое зерно монстра, что станет проводником для энергий, идущих от меня к воскрешаемому негодяю с важными для нас знаниями. Главное — в голову не устанавливать. А то мозг повредится… Дальше просто: надо даровать импульс жизни, заложить команды и надеяться, что некроз тканей головного мозга не уничтожил всё то, что я хотел бы узнать. Хм… Звучит неплохо. И уже руки чешутся попробовать…
— Всё! Не могу больше… Кхе-кхе-кхе… — закряхтел некромант, скованный цепями и сидящий в стальной клетке, что не давали ему и шанса на побег.
— Почему? — нахмурился Романов, откладывая ручку и записную книгу, а также останавливая работу диктофона. — У нас ещё три тела! Надо продолжать!
— Так всё… Души-то свободные невинно убиенных закончились! Нет их в округе больше! Даже удивительно… Видимо, за последний месяц здесь нашествий монстров не было. А все, кто умер насильственно, — я каждого из них подчинил. Либо убейте кого-нибудь, либо поехали в другое место. И да, не забудь: сегодня на ужин я жду рябчиков в сметанном соусе и буйабес. И про десерт не забудьте!
Даже в таком положении умудряется шиковать, гад. Но ничего… Если я прав, скоро его услуги нам больше не понадобятся.
Я выбрался наружу с двумя телами и помчался в сторону Сибири. Мне нужно было тихое место, где я мог бы спокойно поэкспериментировать. Фомченко как раз сейчас в далёком походе, закидывает шишки к дальним регионам, где нога человека не ступала уже сотни лет. А возможно, и вовсе не ступала… Места там дикие, нехоженые. Разве что члены Ордена могут шляться, но их я и за людей не считаю. Пропащие души, что временно коптят этот мир своими грязными телами…
Вспомнив то время, когда я баловался с тёмной и пугающей простой люд силой этого мира, я без особых проблем добился оживления мной же уничтоженных тварей. Но теперь внутри этих тел была хоть какая-то частичка чего-то приятного. Конечно же, я о своих духовных силах. Людей раньше я брезговал воскрешать, считая, что это грех, но по факту… Фанатики сеятелей не больше люди, чем те мутанты, которых я уничтожаю пачками. Вся их жизнь и все их деяния, совершаемые во славу своих лжебогов, буквально кричат, что человеческого в них очень и очень мало. Их разговоры, их мысли, их правила, их желания… Они считают себя высшими, совершенными, а людей, что не посвящены в эти таинства, что не прикоснулись к сокровенным знаниям и благословениям, они считают кем-то вроде скота. Бесполезного скота, который существует лишь ради того, чтобы однажды стать рабом и радоваться этому! Ведь только под «праведной рукой» его существование обретёт хоть какой-то смысл. Я не знаю, как это назвать… Идеология Ордена не позволяет мне допустить мирное сосуществование в рамках одного мира. Смерть для таких фанатиков — избавление от тягостного бремени безумия, поселенного лживыми словами лжебогов в их разуме.