Войти к нему могли посреди дум лишь два человека, и они оба были на полпути к двери кабинета. Ромуальд уже слышал, как скрипит старый, специально оставленный паркет под их могучими шагами.

Его отец, прежний глава рода, что на пике собственного могущества передал правление сыну, чтобы сосредоточиться на собственном развитии, и его старший брат, который не имел столь большого таланта, как Ромуальд, но зато был искусным интриганом. Не без его помощи род достиг нынешнего статуса, когда даже намного более древние рода вынуждены с уважением относиться к ним. Но не все. Далеко не все…

Дверь медленно открылась.

— Рома, сын, надо поговорить.

— Нам предстоит обсудить вопросы будущего нашей семьи, я так полагаю? — поднялся и поприветствовал родичей граф, приглашая занять места в креслах у камина.

— Всё так, дорогой брат, — кивнул Юлиан, сел в кресло и соединил ладони домиком.

— Я даже предполагаю, о чём именно пойдёт речь. Светловы отказались приносить извинения и как-либо заглаживать вину за то, что сломали Пашке руку. Верно?

— Именно так. Более того, они обвиняют нас в намерении похитить их дочь и причинить ей вред. Они даже успели заполучить видео из ресторана. Думаю, это было подстроено, чтобы окончательно разорвать с нами все отношения, — ответил Юлиан и посмотрел на своего отца. — Даже вмешательство отца ни к чему не привело. В ответ лишь трое старейшин Светловых дали миру знать о себе, появившись на вступительном турнире в академию.

— Вот как? — удивился Ромуальд. — А почему именно там?

— Тот нищий ублюдок, что сломал руку моему племяннику… Он участвовал в турнире. Возможно, опасались, что кто-то вроде меня или моих людей захочет вмешаться и устроить несчастный случай. И они были недалеки от истины, — ухмыльнулся Юлиан.

Глава рода Ирисовых от этих слов лишь нахмурился. Нет, ему было плевать на организацию покушения. Его брат знает в этом толк и может всё обставить так, чтобы на род это никак не повлияло. Больше его беспокоил тот факт, что какой-то сопляк, привлечённый и нанятый Светловыми для охраны их дочери, поступает в академию.

— Значит, то, что он иностранец, правда? Любопытно… И как прошёл турнир?

— Он победил. Хотя был слабейшим. Четвёртый ранг мага и воителя. Но при этом, признаться, мальчишка не лишён талантов.

— Ещё бы, раз он победил, — хмыкнул Ромуальд. — Слышал, там участвовало несколько монстров, с которыми и я не факт, что справился бы… Значит, он скрывает свою силу?

— С этим непонятно. Но магия у него противная — яд с водой, токсин. Хорошо, что твой сын не получил от него дозы. Отделался лишь переломом. И у него отличная подготовка, отличные боевые навыки. Ещё искра воителя со стихией молнии. Но самое главное… — понизил голос Юлиан, — он использует боевых фамильяров и может перемещаться, словно порталами. Ты знаешь, я ненавижу приукрашивать чьи-то заслуги. Но этот юнец… Жаль, что Светловы нашли его первыми. Такой безземельный и нищий ярл нам бы и самим пригодился.