«Больше таких ошибок я не допущу… Хватит и того, что я Софию встретил практически с голой задницей. Если бы не Юлька, сумевшая найти мне эти практически неубиваемые красные труселя в горошек, так вообще бы опозорился по полной…» — размышлял я, смотря, куда меня ведёт эта трасса.

Так, в семидесяти километрах от развилки будет какая-то деревня для местных богачей. И она захвачена османами… И если судить по их отметкам на карте, стащенной в штабе, то там, скорее всего, ещё один генерал остановился, Архимаг, командующий тыловым обеспечением и «восстановлением контроля над культурными ценностями». Заведующий грабежами, короче говоря…

Не думаю, что они много успели натаскать, но… Я всё-таки проверю, что успели спереть. Потом при случае верну князю Симеону. Ну и у таких вот генералов обычно хватает и других ценностей: артефакты магические, защитная экипировка, кольца… Я уже много успел насобирать подобного добра, но это всё было так, при случае… Меньше процента от возможной добычи. Ни кольца ликвидаторов, ни перстни членов различных родов, ни другие никакие украшения с убитых врагов не снимал. Не было времени. И это не очень хорошо…

Ну и заодно посмотрим, готовы ли османы сторговаться и обеспечить безопасный коридор для студентов в обмен на жизнь этого генерала. Думаю, что не согласятся… Мелковата рыбка. Сколько тут таких генералов? Да и Архимаг пленником быть не захочет, будет сражаться до последнего, а если проиграет, скорее уж сам себя прикончит. И если даже я сумею его каким-то образом пленить, то вывезти его из оккупированного посёлка — будет та ещё морока… Особенно если я хочу остаться незамеченным. Ладно, попытка не пытка. Пора узнать, насколько ценна жизнь высокородного османского подданного.

* * *

— Ух… Задолбался я… А ты, Фома?

— Пи…

— А ты, жиртрест? — пнул я связанного и брошенного на землю Архимага. — Тебе точно на диету надо, а то долго так не протянешь…

— ХМПФ! ПФ-ФЫ!

— Ага. Уже бегу кляп вытаскивать, руки развязывать и ошейник антимагический снимать. Не для того я три часа твою поимку планировал и затем сутки пёр по всей Болгарии, скрываясь от ищеек и солдат, что бросились в погоню.

Я ещё раз пнул османского Архимага, присел на него, словно на табуретку, и пригрозил:

— Не дёргайся, а то рёбра сломаю.

Сказал я на русском, но пленник, как я заметил, вполне понял мой посыл.

До убежища студентов осталось рукой подать. Всего-то и надо, что затащить эту тушу в гору, перейти через перевал и найти на обратном склоне убежище.

— Тяжёлая это работа — через горы тащить бегемота… — переделал я детский стишок и подумал о Фоме.