— Пи!
— Они ведь, сам видишь, разумнее многих людей. А монстрами они или, как ты выразился, тварями становятся только при необходимости. Если подобных ситуаций избегать, они будут полезнее и ласковее домашних кошек да собачек. Я бы и раньше с тобой встретился, но ты уж меня извини. Твою крепость, прежде чем сжигать, нужно было обчистить. С сейфом своим, ты, кстати, явно схалтурил. Я даже не напрягся, взламывая его. Вот… Спасибо за все те подарки, что ты мне преподнёс… Очень щедро с твоей стороны. Обещаю, они пойдут исключительно на благие дела.
— Кто ты? — не сводил с парня глаз Иллизар, полностью окутанный покровом воителя и напитавший своё оружие по максимуму.
Из двадцатисантиметрового лезвия под воздействием силы клинок превратился в полметра разрушительной мощи, способной убить так же легко, как вскрывают скорлупу грецких орехов повара.
— Я… Если честно, затрудняюсь ответить на этот вопрос. У меня уже так много имён… Но это не важно. Важно другое… Сегодня я столкнулся с третьим типом тварей. О-о-о-о-х! Они воистину бесят. Не просто бесят, а заставляют кровь кипеть и будят во мне дьявола. Одно дело, когда ты управляешь этой силой. Тогда всё просто. Но когда на моём пути появляются твари, вроде тебя… — парень с ненавистью, что плескалась в его глазах зелёным эфиром, посмотрел на барона, — Я начинаю терять над собой контроль. Знаешь, почему я так долго уничтожал твоё гнилое, пропахшее смертью и страдающими душами логово? Ну, предположи… Ты же такой умный! Создал целую подпольную империю!
Иллизар уловил момент, когда парень отвёл взгляд, и прыгнул вперёд, стремительно нанося удар усиленным кортиком, но… пронзил лишь пустоту.
— Потому, сволочь… — тихонько шептала смерть барону на ухо, прожигая, словно какой-то зефир, его защиту и продолжая идти вперёд, к сердцу, — что я желал продлить заслуженный вами, ублюдками, ад, хотя бы ненадолго… Чувствуешь, как бьётся твоё сердце? Бешено стучит, получив дозу яда? Я тоже чувствую… Впустую трепыхается. Мусор… Отброс… Ты — раковая опухоль этого мира. И таких, как ты, я буду уничтожать снова… И снова… И снова… Сколько бы вы, суки, не появлялись…
Пламя бросилось на сердце, и спустя миг обратило его в прах. Тело наркобарона обмякло и завалилось на пол.
— Твоя бесславная жизнь закончилась, а душа, надеюсь, попала в ад. Если он есть… Фома, мы всё забрали?
— Пи!
— Хорошо…
Граф Берестьев ещё раз зажёг эфирное пламя на своей руке, заставляя обратиться прахом кровь и грязь, что оказались на нём после гибели того, кто незаслуженно назывался при жизни вестником смерти.