сюда не применимы. Эльф посмотрел на бокал так, словно в нем была налита кровь девственного дракона. — Я на службе. Мне не положено принимать подношения... — Ой, да ладно вам, милорд! — гаркнул из угла усатый стражник, утирая пену с губ. — Пейте, пока не растаяло! Хозяйка дело говорит. Если вы сейчас упадете в обморок от жары, нам придется тащить ваше министерское величество на заставу на носилках, а у нас от этой теплыни у самих ноги подкашиваются. Иллирион смерил стражника ледяным взглядом, который, впрочем, из-за жары не возымел должного эффекта. Затем он снова перевел взор на бокал. Капли росы на стекле манили сильнее, чем все сокровища королевской казны. Эльф медленно, словно совершая должностное преступление, протянул руку и взял бокал. Его пальцы коснулись холодного стекла, и Иллирион едва заметно вздрогнул от неожиданного удовольствия. Он сделал один аккуратный, чисто символический глоток. Адель затаила дыхание. Прохор высунул из печи свой картофельный нос, с интересом наблюдая за сценой. Секунду ничего не происходило. Эльф стоял с закрытыми глазами, будто прислушиваясь к внутренним ощущениям. Затем его плечи, до этого напряженные, как натянутая тетива, заметно опустились. Верхняя пуговица его невыносимого сюртука словно сама по себе выскользнула из петли, даруя шее долгожданную свободу. Иллирион открыл глаза — в них больше не было министерской скуки, только глубокое, искреннее изумление. — Это... мята перечная, — тихо, почти безжизненно произнес он. — И... корень дикого можжевельника? — И капля лунного сиропа для удержания стужи, — победоносно улыбнулась Адель. — Ну как, милорд? Параграф номер семь все еще нарушен? Иллирион сделал второй глоток, куда более внушительный, и на его бледных щеках проступил нежно-розовый румянец. Он посмотрел на Адель совершенно другим взглядом — глубоким, оценивающим и, кажется, впервые разглядевшим в ней не «проблемного арендатора Аделинду», а женщину, способную укротить само лето. — Контракт... — эльф аккуратно поставил наполовину опустевший бокал на стойку и спрятал свиток обратно в папку. — Контракт подождет до вечера. Сейчас на улице тридцать шесть градусов по шкале мага Брокка. В такую погоду любые юридические действия признаются недействительными из-за риска временного помутнения рассудка. — Разумное решение, — кивнула Адель, едва сдерживая смех. — Может, снимете сюртук, милорд? У нас в таверне, как видите, исключительно неофициальная обстановка. Эльф посмотрел на свой безупречный воротник, затем на ледяной чай