Зачем нам Борис?

А-а, чтобы я не упала. Ну ладно.

В общем, это было… интересно. Правда интересно! Я выяснила, что стоит только захотеть — и я смогу командовать чужим телом вплоть до направления тока крови. Про скорость молчу, это элементарно. Сердце, печень, эндокринная система, вырабатывающая гормоны — невероятно сложное человеческое тело было многоярусным органом, играть на котором оказалось невероятно сложно, но увлекательно.

Слишком увлекательно… И, к счастью, энергозатратно.

Только поэтому я занималась именно лечением и именно руки, с первых секунд категорически запретив себе лезть в другое.

Но вот на руке наросла и кожа, причем, помня прошлые подколки Дока, я специально пустила по всей длине кривой «ожоговый» шрам, который бы напоминал Жуку о произошедшем, а потом откинулась назад, точно зная, что не упаду дальше Бориса, тускло улыбнулась Доку, который как раз ставил пациенту очередной укол витаминов…

И отключилась.

* * *

— Егор, ты знаешь, я искренне уважаю тебя, как командира и просто человека, но сейчас прошу, как друга. Извинись. Просто извинись. Даже если она была не права… Черт с ней! Девчонка гениальна. Двое только сегодня, Егор. А Щен?

— Док, не сыпь мне… соду, — уже не в первый раз за ночь скривился Стужев, как никогда остро жалея, что хотя бы не курит.

Они зачистили разлом тридцать минут назад. Сейчас рабочие собирали ядра и они ждали их снаружи, хотя и внутри оставался Щен. На всякий случай.

Справиться с маткой и её личной гвардией помогли лишь три тонны белого порошка, название которого он даже не запоминал. Оно работало — и это главное.

Но Полина…

— Обычно говорят «соль», — нагло поправил его Савелий.

— Я в курсе, — скривился. — И ты знаешь, о чем я. Она неуправляема. И ей плевать, что командир я. Хочешь второго Игоря? Я — нет. Напомнить, чем всё закончилось в прошлый раз?

— Не передергивай, — покачал головой опытный целитель, который и сам не чурался действовать не по уставу. Благо его подопечные даже не подозревали об этом. — И не забывай главное отличие между ними: девчонка не бережет только себя. А вот за других у неё пунктик, это я уже заметил. Поверь моему огромному опыту, до которого тебе ещё пахать и пахать, этот самородок нельзя садить на цепь послушания. Не удержишь. А вот врага в её лице заработаешь запросто. Тебе оно надо?

— Ты знаешь, что мне надо, — скривился и бросил косой взгляд на приоткрытую дверь фургона, где спала Полина, переложенная сразу на два матраса и укрытая аж тремя одеялами.

Его б воля, он бы её ещё ремнями зафиксировал!

— Вот именно, — оставил за собой последнее слово Док, который по настроению подрабатывал и командным психологом. Потому что… Ну кто, если не он, да? — Поэтому просто извинись. С тебя не убудет, а ей приятно. И заслуженно!