О самом комплексе журналисты написали несколько заранее хвалебных статей: мол и спасение для губернии, и прорывные технологии в реабилитации ещё недавно безнадежных больных, и опытный персонал, и самое современное оборудование…

В общем, захвалили нас так, что мы просто не имели права подвести народные ожидания.

Да вроде бы и не собирались.

В течение двух следующих недель корпуса были забиты под завязку и я ездила на проверку ежедневно, лично знакомясь с медкартами поступивших к нам пациентов и самими пациентами, проверяя назначения, выписанные нашими специалистами, и где-то одобряя, а где-то серьезно подправляя диагноз и вытекающие из него рекомендации.

Переехали в новые корпуса все те, кто лежал в городском корпусе, включая Игоря и ещё троих ребят, проходящих интенсивное лечение ядрами регенерации и разломными витаминами, которые давали не очень быстрый, но всё же восстановительный эффект, и бойцы уже начинали потихоньку приходить в себя, но больше физически, чем ментально. В памяти ещё зияли существенные дыры, затронувшие прежде всего личность, но я искренне надеялась, что всё поправимо.

В отдельную вип-палату переехала княгиня Долгорукая, причем сразу с тем расчетом, что ее пребывание в санатории будет носить скорее статус «отельного отдыха», чем реальное лечение. Благодаря ежедневному контролю состояния матери и ребенка, её здоровье сохранялось на стабильно удовлетворительном уровне, но рисковать не стоило. Тем более она попросилась в санаторий сама.

И да, она знала, что Игорь попал в госпиталь, причем в удручающем состоянии, но отнеслась к этому скорее отстраненно-философски, чем действительно переживая за сына, и тут оставалось лишь догадываться, какие отношения в семье у них были.

Подозреваю, не особо теплые, иначе бы она вела себя иначе.

Как бы то ни было, мы делали всё от себя зависящее, чтобы и дальше не допускать смертей и осложнений, не совместимых с жизнью, а ещё начали потихоньку переделывать первый корпус под поликлинику и лабораторию. Да-да, для проведения диспансеризации среди министерских вояк.

Эта идея нашла активное одобрение у Ибрагимова, и мне на спецсчет поступила очередная сумма адресного гранта, чтобы мы закупили оборудование для лаборатории. Дело это было не дешевым, особенно некоторые реагенты, выявляющие смертельные болезни крови и мозга на ранних стадиях, так что против я ничуть не была.

В начале ноября мы посетили свадьбу Варанова и моей матери, которая оказалась довольно пышной и пафосной, несмотря на почтенный возраст молодоженов, но счастливыми выглядели оба, и я искренне за них порадовалась. Если им действительно хорошо друг с другом, то пусть хоть каждый месяц празднуют. Главное, чтобы жили в гармонии, а не из корысти.