К счастью, артефакт сработал безотказно и сама я сил не лишилась, всего лишь став проводником — разлом выкачал энергию именно из артефакта, я не пострадала. Ни я, ни моя крошка, на которой я сфокусировалась в первую очередь.

Фух! Отличная новость.

— Всё в порядке? — Ко мне стремительно приблизился Егор, пока остальные изучали непривычно грязно-коричневый цвет разлома.

— Да, всё хорошо, — успокоила его. — Артефакт справился. Секундное головокружение, затем трехсекундная тошнота и всё.

Шумно выдохнув, Стужев прижал меня к себе и поцеловал в уголок губ, а потом сосредоточился на разломе и я не могла не спросить:

— Что за стихия?

— Похоже на землю с примесями, — прищурился командир «Витязей» и дал команду Ржевскому, который только этого и ждал. — Поручик, гляньте.

— Охотно, командир!

Порывисто отдав честь, призрак пропал в разломе, а я, хихикнув, спросила:

— Он теперь тоже в команде?

— А то, — усмехнулся Стужев. — Позывной «Поручик».

Расхохотавшись уже в полный голос, я признала, что что-то в этом определенно есть. Да и предок, судя по всему, жутко гордится, что снова в строю, так что можно за него только порадоваться. И алкоголь в городе целее будет, и бордели. И всё-таки не оставляет меня вопрос: как он… это самое… с женщинами взаимодействует? А?

Как бы то ни было, задавать его вслух я не планировала, тем более сам Ржевский вышел из разлома уже через несколько секунд и доложил:

— Грязевые кочки диаметром около метра, плюются чем-то черным со стальным отливом.

Тут же в голове возникла ассоциация с кислотниками и я скривилась, а вот «Витязи», наоборот, воодушевились. С похожим разломом они уже сталкивались и знали, как противодействовать живущим там монстрам. К тому же он оказался не особо большим и многочисленным, так что меня отправили в фургон в компанию Бориса, а сами бойцы, включая Дока, скрылись внутри.

Справились они и впрямь быстро, часа за полтора, причем я уже успела выпросить себе матрасы и одеяла, да и задремать, всё-таки день выдался длинным, насыщенным, но ближе к часу ночи меня разбудили поцелуем в скулу и сообщили:

— Мы всё. Раненых и пострадавших нет, как и особых ценностей. Щен проследит, чтобы разлом закрылся, а мы домой.

Домой. С некоторых пор особенно люблю это слово!

Следующее утро выдалось ещё насыщеннее на события, чем весь прошлый день. Ко мне в кабинет, где засела полноценная приемная комиссия из пяти человек: меня, Зои, Варанова, Светланы Прокопьевны и Дока, всё тянулись и тянулись соискатели, причем не только медики, обещанные Потаповым, но и прочий персонал, предварительно отобранный Дарьей и Ульяной. Приехали даже обещанные Савелием специалисты из Оренбурга и Сыктывкара — невролог Попов Иван Эдуардович и психиатр Щавелев Руслан Михайлович.