Прокатило. У родителей не возник закономерный вопрос: а за какие такие заслуги, собственно, меня взяли в такой отдел? — и за это надо сказать спасибо менталисту. Заметно помолодевшая мать расплакалась, а отец, с лица которого сошли отёки и одутловатость часто выпивающего человека, крепко пожал мне руку и очень серьёзно, наверное, как никогда в жизни, попросил меня быть осторожным и не рисковать сверх меры.

Пока мать собирала минимально необходимые вещи, мы с отцом проговорили полночи. Оказывается, когда предки не зависают со своими дружками-забулдыгами, которые, к слову, пару раз пытались ворваться к нам в комнату и были посланы батей в особо грубой форме, общаться с ними очень здорово. Они во всех красках описали свою студенческую молодость, как познакомились, как мама моталась чуть ли не через полстраны к отцу в армию. Честно признаться, я и половины рассказанного не знал.

Оставаться спать в пропахшей табаком утлой комнатушке мы не стали. Я вызвал такси, и уже через три часа мы входили в семьдесят седьмую квартиру на одиннадцатом этаже. Надо было видеть глаза предков, когда они осмотрели шикарную, по нашим прежним меркам, обстановку. Мать и вовсе не смогла сдержать слёзы. Она никогда не жаловалась на условия жизни, но, ясное дело, всегда мечтала о большем.

— Вот деньги, — начал выкладывать на стол пачки пятитысячных купюр я, отчего глаза родителей в изумлении округлились. — Тут два миллиона, на первое время хватит, каждый месяц буду присылать вам тысяч по четыреста, так что можете тратить спокойно. Связаться со мной не получится, — сразу предупредил я. — Постараюсь приезжать раз в полгода в увольнительную. Одна просьба — надолго не покидайте район, может случиться мировая заварушка, а тут точно безопасно. Что бы ни случилось, ждите меня здесь, я за вами приду.

Эффект внушаемости уже практически выветрился, и мама подозрительно на меня посмотрела, но отец не дал ей завалить меня вопросами. Мы с ним обсуждали эту тему, пока мама собирала вещи. Тепло попрощавшись со счастливыми родителями, пообещал быть максимально осторожным, подхватил свой рюкзак и спустился на шестой этаж.

— ЯРИК! — взвизгнула выбежавшая в одной пижаме Светка, когда заспанный Барсик открыл мне дверь, а потом и вовсе с разбега запрыгнула ко мне на руки. — Славик мне всё рассказал, — защебетала девушка, которую я удерживал на руках. — А тебе выдали всяческие там шпионские штучки? Ручку-лазер или жвачку со взрывчаткой?

— Ты что ей наплёл? — сурово зыркнув на друга, спросил я.

— Что-что, да всё как есть и рассказал, — смачно зевнул Барсик, при этом чуть не вывернув себе челюсть. — Что ты теперь у нас учишься на спецагента и продолжишь творить добро и расшибать рожи всяческим мерзким типам уже под прикрытием нашего доблестного государства.