— Уууу, угрозы — это по-нашему, по-дуболомски, — улыбнулся я и без колебаний стянул футболку. — Ты страшная девушка, Элиза, тебе это говорили?

Сделав несколько шагов назад, чтобы Элиза смогла получше рассмотреть мой идеальный пресс, на котором отчётливо выделялись все положенные кубики, я заметил, как взгляд девушки машинально опустился вниз, а щеки изменили цвет. Похоже, это она так краснеет, догадался я. Удовлетворённый произведённым эффектом, улыбнулся в душе и покладисто взобрался на ложемент.

Элиза еле заметно тряхнула головой, а потом покраснела ещё сильнее, когда поняла, что я заметил это невольное движение, но быстро собралась и подошла к ложементу, на боковой поверхности которого имелась панель управления. Девушка явно знала, что делает. Её пальчики порхали по голографической клавиатуре с большой скоростью, и уже через пару десятков секунд ложемент завибрировал, а из небольшого утолщения возле панели управления появились тонкие серебристые диски, испещрённые золотым узором, который постоянно изменялся. Элиза взяла четыре таких диска, диаметр которых не превышал пять сантиметров, и начала поочерёдно устанавливать их мне на грудь.

От касания моей кожи теплых пальчиков Элизы тело неожиданно пробила лёгкая дрожь. Девушка это почувствовала и отдёрнула руку, словно её прошибло током. Она недоверчиво тряхнула головой и посмотрела сначала на свою ладошку, потом на меня и вновь тряхнула головой. Явно произошло что-то необычное, но я пока не могу понять, что именно. Проклятье, не думал я, что настанет момент, когда придётся пожалеть, что не прочитал устав и не получил доступ к более интересной информации, потому как объяснять что-либо Элиза явно не собиралась.

Девушка продолжила устанавливать датчики, и после каждого контакта с моей кожей ситуация повторялась. Элиза стала дышать чаще, а после установки четвёртого диска и вовсе еле заметно прикусила губу, словно прикосновение к моей коже вызывает у неё чувство удовольствия. Странные дела творятся, и мне очень хочется узнать, какого чёрта тут происходит.

Но стоило Элизе активировать устройство, как все посторонние мысли тут же выветрились из моей головы, так как начали происходить по-настоящему волшебные вещи. Узоры дисков вспыхнули разными цветами и начали формировать в воздухе голографическую проекцию моей искры, и я понял, что Доран Грей был прав. Это действительно надо было увидеть своими глазами.

Искра одарённых — это что-то нереальное, фантастическое, потустороннее, не принадлежащее нашей реальности, действительно волшебное. Мне не хватит словарного запаса, чтобы описать увиденное чудо. Искра была словно живой, она трепетала как будто на ветру, а от неё в разные стороны отлетали крошечные огоньки.