и втащила в сокровищницу — так чаще всего называли это место между собой разнообразные нынешние Саважи. Придумал Жанно — давно, в детстве, когда она была ещё совсем малявка, а он уже учился в школе и объяснял ей, что почём в жизни. А сейчас подхватили его дети, а у него их трое — два сына, Жан-Филипп и Оливье, и дочь Мари-Изабель. Сегодня территория детей — третий этаж, и местных, и ещё тех, кого привели с собой гости. К взрослым они не пойдут, а сами оторвутся, как полагала Тея. И Жанно, и она сама именно так в своё время и поступали. Но сейчас она привела в это приметное место Гору, и тот только стоял и озирался. Вообще, как понимала Тея, многие приличные семьи имели такие вот помещения, оформленные тематически — про славу предков. У Саважей предки воевали, и ещё периодически были знаменитыми дипломатами и министрами внутренних дел. Поэтому на видном месте висел щит с гербом — копия позапрошлого века, а оригинал хранится в замке, тут есть фотография. Ну и ещё — оружие, клинковое и огнестрельное, кое-какие документы, и несколько портретов. Портретов вообще по дому имелось преизрядное количество, и всяк мог выбрать себе предка по душе и поселить в свою комнату. Например, папа держал в кабинете изображение Дени Саважа, наполеоновского маршала. А ещё один суперзнаменитый портрет того самого маршала вместе с Изабель, его супругой-некромантом, висит в столовой, где семья обедает в обычные дни. С тем портретом целая история была в самом конце позапрошлого века, когда его однажды украли, а младший сын тогдашнего герцога нашёл. У мамы в кабинете поселилась Теодора — она жила в семнадцатом веке, это старшая внучка первого герцога Саважа. Жанно отхватил себе раритет — рисунок вроде карандашного, тонкими уверенными линиями, древний-древний, и, по легенде, на нём изображён первый герцог Саваж с друзьями — королём Анри де Роганом, кардиналом Вьевиллем и графом де ла Моттом. Брату пришлось попотеть, но он нашёл специалиста из Королевского музея, закатал ветхий листочек в хитрую магическую рамку под стекло и тем самым обеспечил сохранность. И эта рамка теперь стоит у него на столе в кабинете в Массилии. А у неё самой в комнате портретов нет, но есть одна фотография, и она может её показать… Тея не заметила, как начала говорить. А тема-то такая, что она может говорить долго, и много, и до утра не остановится. А надо ли? — Ох, слушай, меня можно и нужно тормозить. О предках я могу болтать без умолку до утра, — она взглянула на Гору, но тот смотрел и слушал очень внимательно.